«У меня всегда было такое ощущение, что я нахожусь на стыке национального большинства и национального меньшинства», - говорит вильнюсская караимка, консультант и лектор в области управления персоналом Евгения Эшвовичюте. По ее словам, караимов в Литве часто путают с татарами и евреями, а в целом их сейчас по всей стране насчитывается всего около 200 человек. «В школе меня даже кто-то называл "исчезающей" одноклассницей», - улыбается она.
LRT "Новости" начинает цикл статей «Малые жемчужины Литвы», посвященный малочисленным общинам Литвы, в котором мы расскажем истории представителей народов, которые живут здесь как недавно, так и давно, но в силу своей малочисленности вынуждены прикладывать больше усилий для сохранения обычаев, традиций и языка.
Появление караимов в Литве тесно связано с именем Великого князя Литовского Витаутаса. О Витаутасе, известном на караимском языке как Ватат Бий (в переводе "Король, сокрушающий своих врагов"), о Тракай, о красоте природы Литвы написано много караимских поэтических произведений и песен.
Витаутас привез несколько сотен семей караимов в 1397 или 1398 гг. в качестве солдат, честных и добросовестных слуг. Их поселили в Тракай, между двумя замками правителя, а также в других местах, близких к границам Великого княжества Литовского - в Биржай, Пасвалисе, Науяместисе и Паневежисе.
Караимы были верны правителям Литвы, служили охранниками замков, врачами и переводчиками. Отношения между великим князем литовским Витаутасом и караимами всегда были хорошими. Об этом свидетельствует уважение к Витаутасу, которое караимы сохранили до сих пор, и даже своеобразный культ Витаутаса, а у многих караимов дома есть портрет Витаутаса.
«То, что бытует мнение, будто Витаутас висит у нас в домах, — это своеобразное проявление уважения Великому князю, хотя сама я лично не видела, чтобы у кого-то висело его изображение», - говорит Евгения.
Евгения является консультантом по работе с персоналом, а также лектором. У нее есть свой учебный проект «Свободный стул».
- Евгения, по данным переписи 2001 г., в Литве насчитывалось около 270 караимов, но с годами их число сокращается… Что для вас значит быть караимкой?
- Сейчас в Литве насчитывается около 200 караимов. Быть караимкой для меня значит принадлежать к национальному меньшинству, которое по численности одно из самых малочисленных в Литве. Нас осталось действительно очень немного. И у меня всегда было такое ощущение, что я нахожусь на стыке национального большинства и национального меньшинства. Для меня быть караимкой означает сохранять свои традиции и культуру и в особенности - сохранять свою общину.
Например, я с детства участвовала в разных мероприятиях, более 10 лет танцевала в караимском ансамбле под названием «Ласточка», мы гастролировали по Литве и по Европе. Кроме того, более 15 лет я организовывала летнюю школу караимского языка, это была национальная школа, в которую съезжались караимы из Европы и даже других континентов. Максимум насчитывалось около 80 человек.
И, действительно, интерес к ней был большим. У нас уже было как бы такое неписаное правило, что в июле мы все собираемся в Тракай. Сначала мы туда приезжали на неделю, потом на две, и для нас это было время, когда мы могли побыть вместе, поучить караимский язык, углубиться в традиции культуру.
- Прошлый год в этом плане был исключительным…
- Да, в прошлом году у нас были действительно грандиозные мероприятия, потому что прошлый год был объявлен Годом караимов и мы вместе с другими несколькими людьми организовали Международный съезд караимов.
Последний такой съезд проводился аж в 1989-м году, так что это было действительно уникальное мероприятия, к которому мы готовились 19 месяцев. К нам в общей сложности приехало 200 человек со всего мира, но на фотографиях мы все поместились и выглядели как одна большая семья.
- Караимский язык относится к тюркской группе, но, если сравнить его грамматику с другими языками – насколько он сложен? И как часто им интересуются, может быть, не только сами караимы, но и литовцы или представители других национальностей?
- Да, караимский язык относится к тюркской группе, но разница в том, что c XV – XVI веков наш язык не развивался так, как это делали другие языки. Например, в нашем языке нет слова «самолёт» или «автомобиль», потому что когда нация небольшая, то ты начинаешь говорить на превалирующем в твоем регионе языке. У нас это литовский язык, и поэтому некоторые слова в нашем языке просто не существуют. Конечно, если очень захотеть, то можно их придумать, точно так же, как в какой-то момент было придумано слово «самолёт».
Например, если взять меня, то я на караимском языке не говорю, у меня есть база, хорошая база, но на нем я не говорю. Я в некотором смысле человек практичный и поэтому задаюсь вопросом, где бы я могла применить этот язык. В жизни ты его не будешь использовать, поэтому изучаешь его сугубо для себя. Если бы в семье у меня говорили на этом языке, было бы все по-другому, и у нас есть такие примеры, когда на караимском языке в семье говорят с самого детства.
Интересно, что в нашей общине есть люди, которые говорят на караимском языке, но когда они отправляются в восточные страны, они, конечно, могут понять местное караимское население, но вот такого гладкого общения, диалога всё-таки нет.
- Означает ли это, что караимский язык находится под чрезмерным влиянием главенствующего в стране языка?
- Можно сказать, что у караимского языка есть свои диалекты. Если мы посмотрим на караимов Галичины, как они говорят, и как говорят тракайские караимы, то увидим, что у всех свои особенности. Но точно так же мы не все можем понять что-то из того, что говорят жемайтицы.
Конечно, язык всегда в какой-то мере меняется в зависимости от географического расположения, но его основа все равно остается той же. Например, мы считаем точно так же, как турки. Поэтому, когда приезжаешь в Турцию, то нам там просто торговаться – знаешь, как с ними говорить о ценах.
Этот язык не является каким-то особо тяжелым для изучения. Так что если в принципе есть желание изучить этот язык, это можно сделать. Литовский язык, на мой взгляд, сложнее. Курсы караимского языка организуются в Институте азиатских и транскультурных исследований Вильнюсского университета.
- Вы сказали, что ваши родители не владели караимским языком. Не связано ли это каким-то образом с тем, что в советское время в целом деятельность вашей общины была сведена на нет, а Кенасса не действовала?
- Я не думаю, что дело в этом. Потому что одновременно были семьи, в которых и в советское время говорили на караимском языке. Например, мой дедушка со стороны отца знал караимский язык, может быть, не совсем идеально, но он его знал.
Я думаю, в нашем случае это скорее было обусловлено скорее прагматизмом. Потому что в семье проще говорить на основном для страны языке. Но хочу подчеркнуть, что для тех, для кого это было очень важно, они всегда и говорили на караимском языке, и советское время не оказывало тут решающее влияние.
- Если вспомнить старину, то считается, что именно Великий князь Витаутас привез караимов в Литву. Правда ли, что у караимов есть традиция вешать изображение Витаутаса у себя в доме, или это легенда?
- То, что Витаутас оказал большое влияние на нас, это однозначно, его мы очень уважаем и почитаем. Он нас сюда привёз 626 лет назад и поселил рядом с собой, поэтому можно говорить о том, что он доверял нам.
Хотя мы родом из Крыма и являемся совершенно другим народом, он открыл для нас массу возможностей, и сейчас Тракай остается центром притяжения именно благодаря караимам. Конечно, Тракайский замок тоже всем очень интересен, но сюда люди едут уж точно не за цепеллинами, а хотят попробовать кибинай и другие наши блюда.
А то, что бытует мнение, что Витаутас висит у нас в домах, это своеобразное проявление уважения великому князю, хотя я сама лично не видела, чтобы у кого-то висело его изображение.
- Вы упомянули кибинай, и все мы знаем, что это самое известное караимское блюдо, а какие блюда вы бы лично порекомендовали желающим ознакомиться с караимской кулинарией?
- Я тоже все время говорю, что наша кулинария не заканчивается на кибинай. У нас, например, есть свой пирог "кюбете". Раньше семьи были большие, поэтому традиционный караимский пирог тоже большой, с мясной начинкой - вся семья садилась за стол и ела этот пирог, это тоже такая семейная традиция.
Кроме того, у нас есть десерт «акхалва». Это такие конфеты, «ак» — это означает «белый», конфеты эти белого цвета. Есть целый рецепт, как их приготовить, не у всех получается. Эти конфеты в Тракай очень хорошо готовит одна караимская семья. Кроме того, у нас есть «янтык» - чем-то он напоминает кибинай, но в нём тесто слоеное. Есть и жаркое, где баклажан является основным ингредиентом. Эти блюда можно попробовать в караимских ресторанах, так что у нас не только кибинай.
- Но почему, как вам кажется, так знамениты только кибинай?
- Я иногда шучу, что ли если тебе удается так разрекламировать обыкновенный пирожок, у которого, конечно, сейчас много извращенных форм – например, начинка из свиного фарша уж точно не может использоваться в кибинай.
Но если посмотреть на ситуацию в мире, то различного вида пирожки в принципе пользовуются популярностью. Например, те же самые испанские эмпанадос. Так что, видимо, людям в принципе нравятся пирожки, а наши кибинай, если они действительно вкусно приготовлены, то они и очень сочные, и вкусные. В них традиционно добавляется баранина, капуста и другие ингредиенты, чтобы пирожок был сочным, но главное - мясо должно быть нарезано кусочками, это не должен быть фарш.
- Традиционно считается, что все караемы проживают в Тракай, Вильнюсе. Есть еще какие-то места их компактного проживания?
- Караимы также проживают в Паневежисе. А в Тракай есть Караимская улица, она не зря так называется, там всегда было много караимских домов, караимы и сейчас именно там проживают. Но, конечно, если ты хочешь перспектив в карьере, то конечно многие переезжают именно в Вильнюс.
Хотя некоторые не переезжают, а ездят на работу в Вильнюс. Это люди, которые хотят всё-таки и свой дом сохранить в Тракай, и в тоже время развиваться в профессиональном отношении. Их можно понять - там ведь красивая природа, озёра.
- Немало караимов проживало и проживает в Украине, есть ли данные о том, сколько из них переехало в Литву после начала войны?
- Если и приехали, то их немного. Я самолично слышала о двух женщинах из Мелитополя. Некоторые из них приезхали ещё до войны. А после начала войны мы приглашали украинских караимов приехать к нам, но приехали единицы.
- Нередко даже местные жители в Литве путают вас с татарами и с евреями, что вы отвечаете людям в таком случае?
- Я скажу так, что это в принципе вполне естественно вещь, да, действительно, нас иногда сравнивают и с татарами, и с евреями, но тогда я говорю, что и у литовцев с поляками одна вера - неужели это одна нация? И тогда мне отвечает, что, конечно же, нет. Тогда я говорю, а у испанцев и литовцев одна религия, выходит ли, что это одна нация? На что мне отвечают, что тоже нет.
Но в целом хочу сказать, что да, это естественно, что людям не хватает знаний. Раньше я все время пыталась всем всё разъяснить, но сейчас думаю, что если у людей есть какое-то свое мнение, то просто я его принимаю.
- А какие особенности характера караимов вы бы выделили? Когда великий князь Витаутас приглашал их к себе, то подчёркивал, что они отличные воины…
- Да, хорошие воины, но есть ещё другая версия - что они хорошие земледельцы. Например, говорят, что один из сортов огурцов был привезён сюда именно караимами, они привезли сюда семена и засеяли ими земли.
Сейчас, конечно, мы реже занимаемся сельским хозяйством, но то, что мы очень трудолюбивый народ, это всегда так было. И если посмотреть на всю историю караимов в Литве, то можно сделать вывод, что это очень лояльные стране люди, на которых можно было положиться, что тоже очень важно.
Конечно, мы являемся представителями восточной культуры, мы отличаемся внешне. Всем понятно, что я не литовка чистокровная. И как и большинство восточных народов, мы все очень громкие. Нас немного надо, чтобы казалось, что нас уже 20, хотя нас всего пять. И сидеть тихо - это не про нас.
Но мы кое-что взяли и из литовской культуры. То есть у нас в общине есть люди, которые, например, любят опаздывать. А литовцы как раз, наоборот, пунктуальные. Наши люди любят говорить, что встретимся не точно, а примерно в какое-то время. Но, всё-таки живя в Литве, мы приспосабливаемся и понимаем, что если тут есть свои нормы, то жить надо по этим нормам. Так что, да, мы громкие, мы открытые, любим поговорить, но мы также взяли многое из местного жизненного уклада, потому что иначе мы бы тут просто не выжили.
- Число караимов в Литве сокращается, в этой связи возникает вопрос, каким вы видите будущее караимов в Литве? Вы сами ощущаете опасность исчезновения?
- Я всё-таки думаю, что для молодёжи это очень важно, конечно, и в нашей общине есть разные люди, есть те, которые вроде бы принадлежат общене, но я их за все время видела, может быть, один или два раза.
Но есть у нас и молодёжь, которая уже с юных лет включена в деятельность общины, наше общение происходит регулярно на протяжении всего года, особенно летом мы очень часто проводим выходные все вместе.
Например, вот как раз совсем недавно мы отмечали наш основной праздник Тымбыл Хиджи, он проходит примерно в то же время, как и католическая Пасха. И так как он часто совпадает с католическим Пасхой, то приезжают караимы и из других стран, эти длинные выходные мы проводим все вместе.
Что касается исчезновения, то мы и сами об этом говорим. Я помню, как ещё в школе кто-то обо мне писал, что у него в классе есть «исчезающая одноклассница». Но я всё-таки надеюсь, что я не исчезну полностью или даже частично (смеется).
Но если говорить серьезно, то об исчезновении караимов, если мы возьмем старинные какие-то тексты, говорили уже не раз. Нам все время предрекали, что мы вот-вот исчезнем, а мы всё никак не исчезаем. Это долгий процесс.
Очевидное то, что мы являемся стареющим народом, у нас не так не такая большая рождаемость и конечно такая опасность есть. Но она существует и для литовской нации, так что все это очень непросто для нас всех. Но опять же, если мы посмотрим на нашу молодёжь, то и десятилетние, и пятнадцатилетние дети принимают участие в наших мероприятиях - им это интересно, так что я всё-таки смотрю на этот вопрос оптимистично. Народ жив, пока жива его община.
