Сегодня – Всемирный день Радио. Он появился в международном календаре памятных дат в 2012 году. Согласно различным международным отчетам, радио продолжает оставаться одним из самых надежных и используемых средств массовой информации в мире. В этом году девиз Всемирного дня Радио – «Радио и мир». Эксперты отмечают, что профессиональное радио способствует смягчению конфликтов и напряженности, новостные репортажи способствуют демократии. А еще радио может спасти жизнь. Русская служба Радио LRT поговорила об этом с бывшим виленчанином, отказником (так называли тех, кому советские власти отказывали в разрешении на выезд из страны) и в прошлом руководителем Иновещания радиостанции «Голос Израиля» Шмуэлем Бен Цви.
- Шмуэль, вы были отказником - боролись за право выезда на историческую родину – в Израиль, вас преследовало КГБ, вы сидели в изоляторе КГБ. Вам страшно не было? Мне кажется, в Советском Союзе каждый знал, что может грозить и чем может закончиться желание уехать из «социалистического рая».
- Страшно было всегда, страшно было, когда ты выходил на улицу, страшно было, когда тебя задерживали, когда угрожали, когда вели допросы. Страшно было, когда угрожали исключить из Университета, все время было страшно. Но задача была - преодолеть этот страх. И вы знаете, что помогло? Помогло, что я был не один, нас было несколько. Это помогало преодолевать ежедневный страх. Ведь есть ежедневный страх и страх глобальный, который тебе грозит все время, он висит над тобой.
В итоге я принял соломоново решение: я взял академический отпуск в Вильнюсском университете (а я учился на историко-филологическом факультете) для того, чтобы меня не исключили из университета. И когда 1 августа 1971 года меня арестовали и сказали, что они исключат меня из университета, то я сказал, что пока я нахожусь в академическом отпуске, исключать нет никакого смысла. Короче говоря, борьба была не на жизнь, а на моральную смерть. Я понимал, что могу отправиться на восток, «в места не столь отдаленные» или получить разрешение на репатриацию, и в итоге я его получил.
- Вы ни о чем не жалеете?
- Хороший вопрос, очень хороший вопрос. Я думаю, что мне повезло, потому что все то, о чем я мечтал – сбылось. Я мечтал уехать из Советского Союза, и я уехал, я мечтал абсорбироваться в Израиле и быть израильтянином, мне это удалось. Я мечтал быть во главе Иновещания на 16 языках, и мне тоже в итоге удалось. То есть все, к чему я стремился - мне удалось. Единственное, что я сделал неправильно, я стремился к слишком малому.
- А вот когда вы мечтали быть главой иновещания радиостанции «Коль Исраэль» - «Голос Израиля», ведь для советского еврея «Коль Исраэль» - это было что-то такое далекое, родное… Слезы выступали, от того, что ты понимаешь, что ты принадлежишь к этому народу. Люди пытались «ловить» сигнал, его заглушали… «Коль Исраэль» - это как глоток свежего воздуха тогда и надежда. Почему вы мечтали именно об этом?
- Я поражен вашими знаниями и вашим пониманием того, что происходило тогда. Вы знаете, когда нас арестовали 1 августа, и посадили, нас вывозили в Лаздинай на строительство домов. Тогда в Лаздинай, когда мы строили дома, меня посетил мой друг Эйтан Финкельштейн (известный правозащитник, - прим. ред), который сейчас живет в Мюнхене. Он мне пронес небольшое радио. По этому радио было сказано, что арестовано пятеро активистов в Вильнюсе, передача была на идише, и там назвали наши имена, включая мое имя. Тогда я понял, что моя жизнь должна быть связана с тем, кто спас меня. Почему спас? Потому что в тот момент, когда по радио произносили твое имя, это уже означало, что ты спасен, потому что тебя уже нельзя сбросить с поезда, несущегося на больших парах, и нельзя тебя уже уничтожить так просто и безнаказанно, как это возможно было бы, если бы твое имя никто не знал.
Именно тогда, в Лаздинай, я понял, что свою жизнь свяжу с радио. И я помню, как сейчас, это было 7 августа 1971 года.
- Когда вы первый раз вошли в студию «Коль Исраэль», сели перед микрофоном и сказали: «Это – «Голос Израиля», у микрофона Шмуэль Бен Цви». Что вы чувствовали в тот момент?
- Вы знаете, пережить это было практически невозможно, чувства меня переполняли… Я помню, как сейчас, я должен был открыть новости, первую сводку новостей, это произошло 9 января 1972 года, после проверки мне сказали: попробуй, мы не очень уверенны, что у тебя получится. Я начал на иврите: «Говорит «Голос Израиля», «Коль Исраэль» из Иерусалима». Это было начало самого счастливого времени, которое я проживал профессионально.
- Шмуэль, а что для вас значит радио?
- Наверное это вся жизнь. Вы знаете, когда я учился в Вильнюсском университете, изучал русский язык и литературу, я не думал, что язык прокормит меня, язык сделает так, что я буду существовать и буду процветать благодаря тому, что я учился на историко-филологическом факультете. Благодаря языку, причем не важно, какому языку, я смог состояться. И это - большое счастье.
