По данным Национального центра кибербезопасности, в прошлом году в стране было зафиксировано почти 3,9 тысячи киберинцидентов – на 63% больше, чем в 2023 году. Реагируя на статистику, консерватор Дайва Ульбинайте зарегистрировала пакет законов об информационной защите, который позволит криминализировать дезинформацию.
В поправках будет дано определение дезинформации, предусмотрены административная и уголовная ответственность за ее распространение, а также будет создана возможность для государственных учреждений реагировать на ее проявления быстрее.
По словам Д. Ульбинайте, пакет направлен на то, чтобы предоставить институтам реальные инструменты для отражения информационных атак и криминализировать распространение ложной информации, цель которой — нанести ущерб национальной безопасности и конституционному строю страны.
Инспектор по журналистской этике Дайнюс Радзявичюс уверен, что если поправки будут приняты, у Службы появится юридическое основани для обращения к владельцам соцсетей в случае нарушений.
«Для Службы инспектора по журналистской этике (которая, надеюсь, в будущем будет называться Служба медиа-омбудсмена, потому что наша роль – это защита прав человека в медиа), конечно, соцсети сегодня – это самый большой вызов. Мы – уполномоченное государственное учреждение – работаем с «Facebook» и «TikTok» по предотвращению распространения контента, который связан с дезинформацией, языком ненависти, враждой, пропагандой войны. И по поводу всего этого контента мы должны и обязаны обращаться к этим соцсетям, чтобы они либо блокировали аккаунты, либо удаляли бы и сам контент», – объясняет Д. Радзявичюс.
Единственную проблему инспектор видит в том, насколько доброжелательным будет отношение соцсетей к просьбам об удалении контента.
«В законе прописано, что мы имеем право к ним обращаться, но не прописано четко, ясно, что они должны убирать контент в принудительном порядке, а к людям, которые его распространяют, должна применяться административная ответственность. Сейчас как раз в пакете одно из самых важных для нас, конечно, не уголовное, а административное, право, и чтобы оно сработало чем быстрее, тем лучше», – говорит инспектор.
Сегодняшние технологии позволяют злоумышленникам в несколько раз увеличить эффективность киберинцидентов, поэтому еще одной проблемой, с которой успешно справляется служба, является выявление как можно большего количества таких случаев.
«Есть хорошая новость – наша служба уже тестирует инструменты искусственного интеллекта, который просматривает соцсети, конкретно «YouTube», там выбирает контент, помогает нашим сотрудникам. Мы тоже инвестируем в искусственный интеллект. Но мы, конечно, уже обратились в Комитет по культуре и в Парламент о том, чтобы в следующем году увеличить бюджет и дополнительно принять на работу несколько человек. Потому что мы видим, что прирост очень большой, и, конечно, государство должно будет чуть-чуть инвестировать. Но по сравнению с тем, какое негативное влияние это может иметь, инвестирование нескольких сот тысяч евро в нашу службу – это точно меньше, чем делают иногда за несколько раз те, кто занимается дезинформацией», – уверен Д. Радзявичюс.
Первоапрельские шутки – тоже дезинформация?
На вопрос, будут ли поправки к законам, касающиеся дезинформации, иметь негативное влияние на традиционную журналистику, Д. Радзявичюс сказал, что при рассмотрении поправок в рабочей группе, было решено, что дезинформацию нужно определить по очень четким критериям, связанным с влиянием на жизненно важные для государства вопросы.
«Дезинформация распространяется до сих пор, скажем так, как любое умышленное вранье. Некоторые люди до сих пор любят 1 апреля, если не отпраздновать, то отметить шутками. Формально это дезинформация. Иногда у нас в Литве даже медиа 1 апреля одну-две шуточные новости делали. К таким случаям понятие дезинформации, конечно, не относится. Но в любом случае мы должны были и будем искать баланс. Наверное, некоторые люди удивляются, что не все вранье попадает про дезинформацию, но государство не сможет поймать всю ложь, только самое вредное», – говорит Д. Радзявичюс.
Серая зона в информационном поле
Эксперт в сфере дезинформации Виктор Денисенко говорит, что до этой инициативы многие, связанные с фейками, явления находились в серой зоне и были неуязвимыми в юридическом плане.
«Дело в том, что когда мы говорим о борьбе с дезинформацией и с сопутствующими явлениями, то законодательная база всегда как бы запаздывает, отстает, поскольку сначала появляется какое-то явление и потом приходит понимание, что нам не хватает регулирования. На мой взгляд, этот пакет законов и изменений в законодательной базе крайне своевременный. На самом деле речь идет о таких вещах, которые находятся в определенной серой зоне, а с тем, что находится в серой зоне, всегда очень сложно бороться, поскольку если нет некого юридического регулирования, то очень часто те, кто действует именно в этой серой зоне, могут сказать, что то, что не запрещено, фактически разрешено, – поясняет В. Денисенко.
Новинка от дезинформаторов - «SIM-боксы»
Для специалистов по борьбе с дезинформацией появился и новый вызов – так называемые «SIM-боксы» – устройства, которые используют большое количество SIM-карт для перенаправления или приема телефонных звонков и текстовых сообщений, применяемых для распространения дезинформации. За использование автоматизированных «SIM-боксов» также вводится ответственность.
«На самом деле мы говорим о том, что это уже реальность, а не какая-то научная фантастика. Это то, что существует. «SIM-боксы» – это средства, при помощи которых действуют боты, автоматизированные программы с целью оказания влияния на общественное мнение, создания иллюзии доминирования какого-то одного мнения или каких-то нарративов. Здесь мы видим достаточно впечатляющие цифры, например, мы можем говорить о сотнях тысяч ненастоящих аккаунтов в социальных сетях, которые генерируют «SIM-боксы».
В информационном поле Литвы социальными сетями пользуются 1 миллион 900 тысяч человек. Несколько сотен тысяч искусственных, фейковых аккаунтов могут осуществлять большое влияние на общественное мнение, на информационное пространство. Действительно, с этим связаны определенные опасности», – предупреждает В. Денисенко.
Как распознать фейковый аккаунт?
Но как тогда определить, фейковый это аккаунт ли нет и обезопасить себя? Каждый раз это определенный вызов, поскольку, чтобы определить ненастоящий аккаунт, необходимо предпринять определенные усилия, говорит специалист.
«Есть определенные маркеры, которые позволяют сомневаться в том, настоящий аккаунт или нет. Если мы говорим именно про автоматизированные программы, то это поведение самого аккаунта, поскольку живой человек обычно и работает, и спит, и кушает, а если мы видим, что идет какой-то непрерывный поток информации, что какие-то сообщения появляются в течение всей ночи, – это один из признаков, что мы имеем дело действительно с автоматизированной программой, которой, опять же, не надо ни кушать, ни спать, она не чувствует усталости», – говорит В. Денисенко.
Но, по признанию эксперта, отслеживание того, как ведет себя аккаунт, требует определенного внимания, работы, а у обычных пользователей просто нет на это времени.
«Есть поток информации, и очень часто мы просто, скажем так, плывем по этому течению. Это больше вопрос медиапросвещения, того, чтобы люди знали, на что надо обращать внимание, где и когда», – говорит В. Денисенко.
