Министр обороны Литвы Арвидас Анушаускас в передаче ЛРТ "Тема дня", объяснил позицию Германии в отношении передачи Украине танков Leopard. Он также отметил, что в настоящее время Россия бросает на поле боя отремонтированные старые танки, которые являются "худшим вариантом".
- Leopard и поддержка Украины будут главной темой нашего разговора, но главной темой дня для многих являются подозрения в адрес вашего коллеги. Как вы восприняли эту новость?
- Конечно, я не одинок в своем потрясении. Шок еще не прошел. И в этой ситуации, если честно, я не могу комментировать дальше.
- Хорошо, тогда давайте перейдем к вопросам обороны. Присоединится ли Литва к так называемой «леопардовой» коалиции?
- На самом деле, мы частично присоединились к ним. В Эстонии несколько дней назад было принято заявление, в котором 11 стран заявили о своей поддержке стран по оказанию всей возможной помощи Украине, включая танки.
Я даже перекинулся парой слов с министром обороны США Ллойдом Остином: "Будут ли танки?" И он сказал: "А они у вас есть?". Ну, да, у нас нет танков, но у нас есть мнение о танках. Литва уже предоставила 62 бронетранспортера, которые очень понравились украинской армии из-за своей простоты, надо сказать, они очень подходят для транспортировки войск на поле боя.
- Leopard также были бы очень подходящими для них из-за различных логистических вещей, если сравнивать их с американскими танками, которые и слишком тяжелые, и, вероятно, слишком дорогие, слишком сложные в использовании. Что изменится, если Соединенные Штаты откликнутся на призыв Германии, который до сих пор не был услышан, и привезут один "Abrams", который будет припаркован где-нибудь в центре города?
- Действительно, если с военной точки зрения кажется, что это ничего не изменит, то это скорее сигнал. Но технологические уровни совершенно разные - и Leopard, и Abrams, даже более старые модификации, превосходят те Т-72 и Т-80, которые сейчас активно используются Россией на поле боя. Сравнивать нечего, это танки совершенно другого технологического качества.
Сейчас Россия бросает на поле боя старые танки из своего арсенала, которые были отремонтированы и не имеют надлежащей оптики и ночного видения. Совершенно разные технологии.
- В реальности это броня и пушки.
- Да, в принципе, да, он играет роль артиллерийского орудия, я бы сказал. Это худший выбор, который Россия может сделать, и она его сделала. На самом деле, у них не так много других вариантов. Украинцы уничтожили значительную часть их танков.
- Почему Германия не дает эти танки и разрешение другим странам перевезти их в Украину, если министр иностранных дел Германии публично заявляет, что Германия не возражает против этого? У вас есть объяснение?
- Это заявление было сделано после Рамштайна, но в Рамштайне, я должен сказать, когда я спрашивал в упор министров обороны, и украинцев тоже, и они сказали, что настроение было другим. Это означает, что в той «леопардовой» коалиции это уже обсуждалось, и Германия сняла свои прежние возражения, которые там были.
Однако теперь любая страна, которая готова предоставить такую поддержку в виде танков, должна, видимо, обратиться к Германии, потому что соглашения о приобретении этой техники предусматривают получение разрешений. Я полагаю, что Германия не будет возражать.
- Но Польша, польские представители заявили, что, даже если Германия не согласится, они все равно предоставят это оружие. В какой степени это может подтолкнуть Германию к лицензированию поставок такого оружия?
- Я думаю, что она уже сделала это, потому что заявление было сделано ранее, сейчас оно повторено, и, очевидно, оно было приурочено к заявлению министра иностранных дел Германии о том, что Германия не будет стоять на пути Польши и других стран.
- До встречи в Рамштайне вы надеялись, что сотни танков прибудут в Украину.
- Бронированных машин.
- Когда мы можем ожидать прибытия этих сотен бронированных машин?
- Бронетехника поступит в ближайшее время. Я не имею в виду танки, потому что в то время я сказал, что говорю только о бронетехнике, то есть о бронетранспортерах, боевых машинах пехоты, бронированных автомобилях. Рамштайн дал мощный импульс в этой области, поскольку количество заявленных машин составляет тысячу и более. Очень большое количество по сравнению с предыдущей помощью Украине.
- Помощь Эстонии Украине уже достигла 1% валового внутреннего продукта. Нет ли у Литвы причин последовать примеру Эстонии, или у нее есть причины поддержать Украину каким-то другим способом?
- Мы поддерживаем Украину и другими способами. В целом общая поддержка Литвы действительно высока, потому что если включить энергетический сектор, здравоохранение, Министерство внутренних дел, Министерство социального обеспечения, где также оказывается огромная поддержка беженцам, то общая поддержка составляет более 700 миллионов.
Да, это высокий процент от ВВП, на самом деле, но в военной поддержке мы сейчас предоставили более 400 миллионов. Возможно, мы не стремимся к 1% ВВП, но должен признать, мы не пытаемся искусственно создавать расходы, потому что мы оказываем помощь Украине.
- Альбинас Янушка, бывший заместитель министра иностранных дел и советник президента по национальной безопасности, говорит, что Литва попала в ловушку привязанности к немецкой бригаде как к гаранту безопасности Литвы, поскольку Германия сама является потребителем безопасности в Европе, как и Литва. A. Янушка говорит, что необходимо искать другие гарантии безопасности, такие как постоянно растущие (либо ротационные, либо постоянные) военно-воздушные силы, и что Литва должна адаптировать свою инфраструктуру к войскам НАТО гораздо быстрее, чем за запланированные два года. Насколько это оправдано и насколько это реалистично?
- Во-первых, да, Германия также является потребителем безопасности, фактически вся Европа является потребителем безопасности по сравнению с Соединенными Штатами. И сейчас, оказывая поддержку Украине, мы видим, что значительная часть поддержки по-прежнему исходит от Соединенных Штатов.
И Европе, я думаю, есть что переосмыслить в отношении своих возможностей, своего потенциала, увеличения расходов на оборону. Я думаю, что в этом, безусловно, есть доля правды.
С 2017 года Германия имеет передовые силы НАТО в Литве, она создала эти силы, она пригласила другие страны присоединиться к ним. И я бы не сказал, что это ловушка, но это, безусловно, большая поддержка нашей безопасности. С другой стороны, в Европе нет ни одной страны, которая бы создавала бригады и подразделения других размеров для поддержки конкретных стран региона.
- Реально ли говорить об американском подразделении, необязательно бригаде, но каком-то подразделении?
- Наша договоренность с американцами заключается в том, что до 2026 года силы, которые сейчас наращиваются, будут находиться там постоянно, без перерыва.
Американские гарантии были даны, и я думаю, что у нас действительно хорошие перспективы в плане наращивания нашего потенциала. Я должен сказать, что страны, которые оказывают поддержку, всегда смотрят на то, как наращивать собственные возможности. По мере наращивания наших возможностей у нас есть возможность получить дополнительную поддержку от других стран, включая американцев.
- Как сама Литва укрепляет свой потенциал и способность принимать войска из других стран НАТО? Действительно ли два года - оптимальный срок для адаптации инфраструктуры, учитывая ситуацию, сложившуюся в Украине?
- Ну, это реалистично. Раньше это было 5–8 лет, но теперь мы сократили подготовительный период до минимума по закону, теперь это всего полгода. Когда мы улаживаем все бумажные дела, мы начинаем строительство.
Я вижу, как меняется полигон в Руднинках и другие полигоны, потому что законы были изменены - один закон был принят, шесть законов были изменены - и это позволяет очень динамично развивать военную инфраструктуру. Я вижу, что это действительно реалистично.
- Но угроза реальна сегодня, а не через два года.
- На самом деле мы до сих пор не можем обойти строительные работы каким-то другим способом, не можем ускорить определенные процедуры. Мы уже многое ускорили, всего три года бумажной работы и оформления. Но строительные работы, например, мы создаем полигон в Руднинках, необходимо вырубать деревья, проводить разминирование, а это требует времени. Конечно, можно поторопить саперов, но мы знаем, что ошибки дорого обходятся.
- Мы можем просто иметь больше саперов на местах.
- Но их также необходимо обучать. Сейчас мы заняты, по сути, обучением украинцев, в том числе саперов.
