Длинная очередь из грузовых автомобилей растянулась на несколько километров от пропускного пункта Лаворишкес на литовско-белорусской границе в глубь густого леса, сквозь который пролегает дорога в Беларусь.
В очереди немало грузовых автомобилей на российских регистрационных номерах. Чаще всего на номерах указан 39-й регион – это Калининград. На нескольких автомобилях вместо 39-и указана цифра 67, эти грузовики зарегистрированы в Смоленском регионе. Все они из Калининграда в «большую Россию», как говорят сами водители, едут через Литву транзитом. На въезде в нашу страну каждый водитель российской фуры отмечается в специальной системе, после чего на выезд из Литвы ему отводится 24 часа. Такие однодневные визы действуют в рамках европейский санкций на транзит в Калининград.
«Сейчас у нас транзитная виза, за сутки нужно проскочить (Литву). Хорошо, что сейчас можно позвонить [на границу и предупредить, если не успеваем]. Всё равно не успеем, смотрите какая очередь стоит. Но если опаздываем, то ничего страшного», – говорит водитель по имени Гаагик, армянин, работающий в Калининградской логистической компании.
На некоторых фурах во весь прицеп большими буквами написано Мираторг – это название крупнейшего агрохолдинга России. Российские грузовики транзитом сейчас везут лишь товары, не попавшие под санкции. В основном это продукты питания, – об этом рассказывает Александр – ещё один водитель из Калининграда, обсуждавший что-то с Гаагиком на улице рядом со своими грузовиками.
«Мы только продукты возим, остальное все под санкциями, всё паромами возят. Ну, грузов меньше, потому что Литва не пускает, всё под санкциями, поэтому с грузами проблемы стали, с доставками и так далее», – говорит водитель.
Паромами сегодня идёт большая часть товаров из России, которую запрещено перевозить по земле, за исключением железной дороги, а это внушительный список продукции. В него входят стройматериалы, металл, электроника, древесина, косметика, бытовая химия, одежда и многое другое.
Водители возмущаются тем, что им приходится долго стоять в очередях. Кто задерживает работы: литовцы или белорусы, – они не знают.
«На границе стоим и по двое, и по трое суток. Ну, сейчас вроде очередь небольшая, сутки примерно уже стоим», – говорит Александр.
Гаагик добавляет: «То ли белорусы не работают, то ли литовцы, поэтому так стоим. Кто знает? Мы ведь здесь стоим, ничего не видим».
Работы больше у всех
Представительница Вильнюсской территориальной таможни, начальница смены дорожного поста Лаворишкес Аушра Трапикайте говорит, что несмотря на возмущение водителей о долгом переходе границы, очередь из грузовиков нельзя назвать большой.
«На белорусском сайте сейчас 50 грузовых машин. Так это небольшая очередь. У нас больше 100 машин со стороны Беларуси даже не бывает. Здесь вот [рядом пропускные пункты] Мядининкай, Шальчининкай, там побольше очереди. Со стороны Литвы у нас тоже около 70 машин, это нормально», – говорит А. Трапикайте.
В то же время сотрудница таможни указывает, что работы у неё и её коллег в последние годы, после введения санкций в отношении России и Беларуси, увеличилось в разы.
«Конечно, когда ввели санкции наша работа осложнилась, потому что, когда приезжает груз, мы должны убедиться, что товар, который ввозится в Литву, Евросоюз, к нему применяются или не применяются санкции. Мы должны досконально проверить все коды ввозимого товара и убедиться в этом. Если оказывается, что товар – санкционный, тогда принимаются меры. Груз, конечно, не впускается на территорию Литвы и ЕС, он возвращается назад в Беларусь, но надо это возвращение ещё оформить, заполнить документы и развернуть автомобиль», – говорит А. Трапикайте.
К тому же и таможенники, и водители грузовиков говорят, что зачастую санкционные товары загружаются в фуры на территории Европы. В результате, например, в Германии, Литве, Польше или любой другой стране, водителю могут загрузить санкционную продукцию, а на литовской границе его не пропустят. Позже водитель, несколько суток стоявший в очереди, возвращается обратно, чтобы вернуть товар. Дополнительная работа ложится и на плечи таможни.
«Такое случается очень часто. Это касается вывозимого из ЕС, попадающего под санкции, товара в Беларусь, Россию, Казахстан, Узбекистан и другие страны. Я не могу вам сказать, почему во внутренней таможне они оформляются, хотя по коду товара не должны были бы выпуститься на экспорт. Получается, что вся нагрузка на посту. Мы должны всё досконально проверить, убедиться и вернуть или выпустить [товар]», – говорит сотрудница таможни.
Хотя Аушра Трапикайте говорит, что не может сказать, почему механизм внутренней таможни работает плохо, вероятно, это связано с безответственным подходом европейского бизнеса к изучению списков санкционной продукции и желанием заработать, так как есть вероятность, что товар на границе смогут пропустить. В результате это усложняет работу и перевозчиков, и литовской таможни.
На то, что за работой таможни стоит тяжёлый труд, указывает не только то, что подавляющее большинство транзита с Запада на Восток, и наоборот, проходит именно через литовские пропускные пункты, но ещё и то, что некоторые из сотрудников на работу и обратно должны проезжать огромные расстояния.
«Каждая работа, когда она происходит ночью, она везде, мне кажется, очень трудная, особенно когда после этой ночной смены надо ехать домой. Ну, если вот как я живу в Вильнюсе, мне здесь только 32 километра, а когда человек живёт за 200 километров отсюда, то, конечно, это очень трудно. Во всей системе немало таких людей. Сегодня и в моей смене есть два человека, которые тоже едут в больше 100 километров и на работу, и с работы», – рассказывает А. Трапикайте.
К тому же, сегодня огромные расстояния некоторые сотрудники таможни должны проезжать чаще, чем ранее. Раньше таможенники работали по 24-часому графику, сегодня же его поменяли на 12-часовой, а количество рабочих дней выросло. Выходит, что проезжать расстояния от дома и обратно, сотрудникам приходится в два раза чаще, чем раньше. При этом, по словам А. Трапикайте, 24-часовой график для многих был более привычным, так как люди работали в таком ритме десятилетиями.
В середине сентября в Молетайском районе произошла авария, в результате которой погиб один сотрудник таможни, его машина выехала на встречную полосу и столкнулась с грузовиком. Позже председатель профсоюза работников таможни Леокадия Дауйотайте рассказала LRT.lt, что сотрудник мобильной группы вильнюсской таможни, проработавший в службе более трёх десятилетий, ранним утром 13 сентября только что закончил 14-часовую смену на дорожном посту Мядининкай и направлялся в Утену, где должна быть развернута мобильная группа. По словам главы профсоюза, в машине с погибшим таможенником должны были находиться ещё двое коллег, но один из них был в отпуске, а другой заболел.
В мобильную группу погибший попал после закрытия пропускного пункта Тверячус на границе с Беларусью. 18 августа были закрыты пункты Тверячус и Шумкас. Министерство внутренних дел мотивировало тогда решение о закрытии борьбой с контрабандой. Ничего не указывает на то, чтов связи с закрытием двух погранпереходов контрабанды стало больше на других пропускных пунктах.
«Я бы сказала, что поток контрабанды не увеличился, ничего не поменялось. Сложно сказать почему, но есть один такой самый основной момент, что на Шумскасе и Тверячусе не было рентгена, а у нас есть всё-таки рентген и мы очень часто сканируем и грузовые, и легковые автомобили», – говорит А. Трапикайте.
Санкции в отношении гражданского транспорта
После того как 11 сентября европейская комиссии разъяснила, как должны работать санкции в отношении автомобилей с российскими регистрационными номерами на территории Европейского союза, в Литву и соседние страны, граничащие с Россией, перестали пускать автомобили на российских номерах.
Начальница смены дорожного поста Лаворишкес Аушра Трапикайте говорит, что сегодня таких автомобилей на границе практически нет, хотя в первые дни после пояснения санкций попытки въезда в Литву на автомобилях, зарегистрированных в России, встречались чаще.
«В начале возвращали 4-5 машин обратно в день, а сейчас уже вообще нету этих машин, потому что узнали люди и просто не едут. Бывает очень редко одна, другая машина попадается. Вот недавно был случай, когда водитель являлся гражданином Литовской Республики, но в его собственности автомобиль, который зарегистрирован в России. Мы такие автомобили тоже разворачиваем. Говорим, что человек может попасть в ЕС, но автомобиль уже нет», – говорит А. Трапикайте.
В своей работе, особенно в контексте санкционного давления на российский бизнес и гражданский транспорт, сотрудники таможни часто сталкиваются с негативными реакциями в свой адрес.
«Они всегда недовольны бывают. Мы же такая институция, которая занимается ограничениями, поэтому очень часто все всем недовольны. И, конечно, негативно реагируют, но мы объясняем, что, если они хотят попасть [в ЕС], – этой возможности нет. Если же они не согласны вернуться, тогда мы просто задерживаем автомобиль и составляем протокол об административном правонарушении», – говорит А. Трапикайте.
Таможенный департамент заявляет, что автомобили с российскими регистрационными номерами, находившиеся в Литве в момент пояснения санкций со стороны Европейской комиссии, должны покинуть страну в течение 6 месяцев. То есть до 11 января 2024 года.
