В Вильнюсе прошла конференция «Беларусь-Литва: в будущее через общие ценности» с участием белорусских и литовских историков, общественных деятелей и политиков. На протяжении дня интеллектуалы и политики из Беларуси и Литвы обсуждали главные источники напряжения между двумя народами: участие Беларуси в войне против Украины, белорусскую революцию 2020 года и причины её неудачи, положение белорусов в Европе, закрытие границ с Беларусью её соседями и литвинизм.
Исторической теории, которая активно обсуждалась в Литве весь прошедший год, на литовско-белорусской конференции уделялось особое внимание. Эта тема поднималась как на панели, посвящённой европейскому будущему Беларуси, так и в дискуссии о борьбе с пропагандой и дезинформацией.
О литвинизме говорили и спикеры панелей, и участники из зала.
Где голос белорусской оппозиции?
Доцент кафедры истории Университета Витаутаса Великого (ВДУ) Рустис Камунтавичюс считает, что белорусские демократы уделяют теме литвинизма слишком мало внимания.
«Они могли бы больше участвовать в культурной и интеллектуальной жизни Литвы. Нам, литовцам, которые защищают белорусские интересы и их культуру, было бы легче. Зная позицию белорусов, мы могли бы их цитировать. А сейчас получается, что мы сами должны формулировать то, что белорусам актуально, чего они хотят», – отметил историк.
По словам Камунтавичюса, он в своей работе уделяет внимание распространению информации о том, что «белорусы сделали для литовцев за почти тысячу лет». Однако, как признаётся историк, ему часто кажется, что сами белорусские демократы не могут чётко сформулировать своё отношение к ключевым историческим событиям.
«Если бы белорусы точно заявили, что Вильнюс – это и их [город], но не в том смысле, что они хотят его завоевать, а в том, что это культурная среда, где печатались их книги, где заработала первая белорусская школа, – это был бы важный шаг. Но я не вижу достаточных объяснений. Поэтому в Литве размышляют на стереотипном уровне, манипулируя: если кто-то говорит, что Вильнюс – белорусский, то сразу возникает страх, что он будет завоёван», – добавил Камунтавичюс.
По его мнению, явления, которые нередко становятся причиной конфликтов между литовцами и белорусами, могут, наоборот, стать объединяющим фактором.
«Погоня» (герб всадника, используемый белорусскими демократами – LRT.lt), например. Сегодня на конференции участники объясняли, что есть много народов, у которых схожие гербы – орлы или львы. Почему не могут быть две «Погони» – одна в Литве («Витис»), другая в Беларуси? Белорусы не пытаются отнять «Погоню» у литовцев. Напротив, они считают литовцев очень близкими. Это могут объяснить белорусские политические и культурные деятели, чтобы стало понятно: они не хотят Великое княжество отнять у литовцев», – говорит Р. Камунтавичюс.
Заявления некоторых белорусских политиков о наследии ВКЛ, однако, не раз вызывали бурную реакцию как у литовцев, так и у белорусов.
Белорусский оппозиционный политик Зенон Позняк, влиятельная фигура в белорусской политике 1990-х годов, глава «Белорусского народного фронта» порой и сегодня может выразить мнение о «невыгодности» того, что Вильнюс оказался частью Литвы, а не Беларуси. С другой стороны, некоторые литовские националисты считают белорусов несуществующей нацией. Например, блогер Альгис Раманаускас называл белорусов «биомассой» и «литвинистами», а З. Позняка – нацистом.
«Позняк иногда говорит чушь, он высказывал довольно острые вещи и в 90-е, и сейчас. А те, кто мог бы сказать что-то нормальное, молчат. Мы слышим только маргинальные позиции. Если добавить сюда ещё литовский энтузиазм, который с нашей стороны тоже маргиналы выражают, получаем нынешнюю ситуацию», – считает Р. Камунтавичюс.
По его мнению, сегодняшняя ситуация – худшая из возможных. «Слово отдано маргиналам, а представители белорусской оппозиции, обладающие большим авторитетом, чем З. Позняк, боятся открыто и внятно выразить свою позицию. Мне хотелось бы, чтобы белорусы в Литве больше общались с литовцами, а иногда даже провоцировали», – отметил историк.
Проблема – в политизации темы
Белорусский политолог Валерий Карбалевич, присутствовавший на конференции как слушатель, считает, что ключевая проблема обсуждения литвинизма – его политизация.
«Проблема появляется, когда эта тема выносится на политический уровень, становится политической. Мне кажется, этого допускать совершенно нельзя. Это выгодно тому же Кремлю, тому же официальному Минску. И тут я согласен, что она искусственно разжигается то ли спецслужбами, то ли какими-то другими силами, которые хотят поссорить людей. <…> Надо просто убрать эту тему из политики, отдать её на откуп историкам – пускай занимаются», – говорит В. Карбалевич.
Ранее Департамент государственной безопасности Литвы (ДГБ) отмечал, что деятельность сторонников литвинизма может усилить этническую напряжённость между литовцами и белорусами. Однако, по мнению ведомства, это не представляет угрозы национальной безопасности или территориальной целостности Литвы.
С этим не согласились члены Комитета Сейма по национальной безопасности предыдущего созыва. Они предлагали включить вопрос о приверженности идеологии литвинизма в анкеты Департамента миграции, которые заполняют белорусы и россияне, претендующие на вид на жительство в Литве.
Страх от незнания
По мнению доцента ВДУ Р. Камунтавичюса, причины нынешнего напряжения между белорусами и литовцами кроются в «комплексах литовцев», вызванных недостатком знаний о Беларуси.
«Эти комплексы возникают и могут разжигаться из-за того, что у нас очень мало информации о Беларуси. Мы не интересуемся этой страной, её историей, тем, как белорусы видят нас и что Литва для них значит. Вот этого у нас почти нет», – говорит историк.
Собеседник также отмечает, что интерес к Беларуси в Литве возрос до протестов 2020 года, но после их провала снова угас.
«Примерно в начале 2010-х в Литве появился рост интереса к Беларуси. Я замечал это по тому, как литовцы стали туда ездить. Мы, историки, видели большой запрос: люди хотели, чтобы мы сопровождали их в поездках, рассказывали о замках и вообще о местной истории», – рассказывает доцент ВДУ.
Пик интереса, по словам Камунтавичюса, пришёлся на 2020 год.
«Но когда революция проиграла, началась война в Украине, режим Лукашенко поддержал Россию, а белорусы массово эмигрировали, приехав, в том числе, в Литву, напряжение вновь возросло. Всё словно вернулось не к 2010-м, а к концу 1990-х. Мы снова скатились к стереотипному восприятию белорусов», –отмечает историк.
В то время исторические споры велись между интеллектуалами и представителями национально-освободительных движений по обе стороны границы, разделившей новообразованные Литву и Беларусь. Однако с приходом к власти Александра Лукашенко в Беларуси эти дискуссии практически прекратились: была изменена национальная символика, а общая история использовалась белорусскими властями только тогда, когда это было им выгодно.
Ещё один участник конференции «Беларусь-Литва: в будущее через общие ценности», эксперт в области пропаганды и дезинформации Виктор Денисенко, заявил, что не может с уверенностью утверждать, что нынешний виток обсуждений о литвинизме – результат работы белорусской или российской пропаганды. Однако определённые признаки этого он наблюдает.
«Я считаю, что режимы соседних стран будут пытаться использовать любой нарратив, любую возможность, чтобы сеять рознь в обществах, не только в Литве, но и в других странах. [В этой связи] считаю важным стратегическое мышление. О литвинизме я впервые услышал примерно 20 лет назад. Возможно, стоит оглянуться вокруг и подумать, какие ещё подобные темы могут быть использованы режимом Лукашенко», – сказал В. Денисенко.
«Беларусь не является субъектной»
Говоря о непонимании того, что собой представляет Беларусь сегодня, и об отсутствии интереса к этому в Литве, В. Денисенко, как и Р. Камунтавичюс, выделяет несостоявшуюся белорусскую революцию. Однако он также отмечает череду последующих событий, которые привели к тому, что Беларусь в Литве больше не рассматривается как независимое государство.
«У нас сейчас крайне специфичное восприятие Беларуси. Доминирующий дискурс таков, что Беларусь как государство скорее не существует, чем существует. В том смысле, что Минский режим находится в кармане Кремля. Мы видели результаты – российская война против Украины, начавшаяся, в том числе, с территории Беларуси», – говорит В. Денисенко.
«Даже в официальном дискурсе иногда проскальзывает мысль, что страна не является субъектной. Это формирует оптику восприятия: если Беларусь не субъектна, то нет смысла серьезно о ней говорить. Я в данный момент не оцениваю, насколько это верный или неверный взгляд. В нем есть своя правда, поскольку, на мой взгляд, Беларусь действительно усилиями того же Александра Лукашенко давно и плотно сидит в кармане России. Но таким образом мы сталкиваемся с тем, что, следуя рациональному подходу, все наше внимание уходит в сторону России, а Беларусь оказывается в серой зоне», – продолжает эксперт.
По мнению В. Денисенко, к такому восприятию Беларуси также можно добавить прямую агрессию белорусского режима против Литвы – искусственно созданный кризис мигрантов на границе двух стран в 2021 году.
Таким образом, о Беларуси формируется впечатление несамостоятельного государства, и это восприятие накладывается на белорусов.
Р. Камунтавичюс видит решение нынешней проблемы в том, чтобы белорусские демократы в изгнании начали внятнее выражать свою позицию.
«Они боятся сказать что-то не то. Потому что есть примеры, когда кто-то сказал не то, и литовцы очень обиделись. Поэтому они сейчас боятся, но нельзя все время бояться. Нужно придумывать! Есть интеллектуалы, историки – они могут что-то придумать, чтобы это работало на позитив, а не на негатив», — заключает Р. Камунтавичюс.
