С принятием в Литве нового закона, предусматривающего санкции в отношении всех граждан Беларуси и России, белорусские беженцы в Вильнюсе столкнулись с новой реальностью - им больше не рады.
«Это страна, которая принимает людей в сложной ситуации за их моральную и политическую позицию. Так было, так есть, так будет ", - сказала премьер-министр Литвы Ингрида Шимоните в интервью "Голосу Америки" в прошлом месяце.
Однако меняющаяся позиция правительства в отношении белорусских и российских беженцев, а также недавно принятый в Литве закон заставляют усомниться в официальной линии.
В конце марта в парламенте появился законопроект, запрещающий гражданам Беларуси и России получать литовское гражданство, владеть недвижимостью, обращаться за визами или продлевать вид на жительство.
Первоначальное предложение вызвало шум среди оппозиционных изгнанников в Литве. Затем последовала петиция, которую подписали 2 000 человек, звонки членам парламента и встречи чиновников со Светланой Тихановской.
Давление сработало - закон был смягчен в отношении белорусов. Однако затем президент Литвы наложил на него вето, заявив, что к белорусам должны применяться те же меры, что и к россиянам, поскольку официальная позиция Литвы считает Россию и Беларусь одинаково ответственными за вторжение в Украину. Парламент почти единогласно преодолел его вето.
В итоге закон был смягчен - спорные положения, запрещающие путь к гражданству, были исключены как для российских, так и для белорусских граждан. Теперь гражданам России будет запрещено владеть недвижимостью или продлевать вид на жительство, если это не будет сделано при посредничестве МИДа, что не распространяется на белорусов. Визы, тем временем, останутся недоступными как для белорусских, так и для российских граждан без участия литовских дипломатов.
Тем не менее, дискуссии оставили вызвали недоумение среди белорусов, которых когда-то массово принимали в стране после подавления протестов в 2020 году. Помимо юридических и бюрократических препятствий, которые потенциально может создать закон, по их словам, главная проблема была в другом - он пошатнул основы их безопасного изгнания.
Боятся, что их вышлют
"Я переехала в Литву, потому что они [правительство] указали, что это дружественное безопасное место для белорусов. Если бы они не объявили об этом, я бы выбрала другую страну", - сказала Светлана Кубрак, 21-летняя белорусская журналистка из Вильнюса.
"Ценности, которые они объявляли раньше, оказались суперфальшивыми. Они изменили свое мнение с 2020 года", - добавила она.
После выборов в Беларуси в августе 2020 года и последовавших за ними репрессий Литва выдала тысячи так называемых гуманитарных виз для людей, спасающихся от репрессий. Всего в стране сейчас находится более 48 000 белорусских граждан, причем согласно недавнему опросу, подавляющее большинство из них - политические беженцы.
В 2020 году поддержка звучала повсюду - бело-красно-белые флаги независимой Беларуси развевались по всей литовской столице, а люди мобилизовались, чтобы помочь тем, кто бежал от смертоносных репрессий по соседству.
Но ситуация начала меняться после полномасштабного вторжения России в Украину, где Беларусь играла неотъемлемую роль. Когда поддержка литовцев переориентировалась на прибывающих украинских беженцев, настроения некоторых политиков по отношению к людям из Беларуси, которые теперь рассматривались как выходцы из страны, участвующей во вторжении, начали меняться.
И хотя потоки украинских беженцев не вызвали раскола, дифференцированное отношение к ним породило недоверие к литовским институтам, "в частности, потому, что причины более благоприятного отношения к беженцам из Украины, с точки зрения белорусской диаспоры, не объясняются должным образом", говорится в докладе Центра изучения Восточной Европы в Вильнюсе.
Их исследование, в ходе которого в конце 2022 года было опрошено 335 человек, показало, что белорусы не подвергаются дискриминации в Литве. Однако некоторые случаи все же имеют место - "28,9% не имели личного опыта [дискриминации], но сказали, что слышали о таких случаях. 8,5% респондентов сталкивались с дискриминацией при поиске жилья, 5% - на рынке труда", - говорится в исследовании.
Между тем, углубленные интервью показали, что белорусы опасаются, что Литва может предпринять те же действия, что и Украина, например, заморозить банковские счета и выслать их из страны.
На фоне дебатов вокруг нового закона пространство социальных сетей среди белорусских изгнанников, многим из которых около 20 лет, заполнилось мемами и ироничными постами, в которых они размышляют о том, куда им отправиться дальше, когда двери их будущего в Литве захлопнутся. Одним из тех, кто думает об отъезде, была С. Кубрак, журналистка "Белсата".
"До принятия закона я чувствовала себя в безопасности, а теперь нет. Я безостановочно разговаривала со своими друзьями, пытаясь понять, куда ехать, что нам нужно экономить деньги, что это место больше не безопасно для белорусов только потому, что президент Беларуси следует правилам Путина, а моя страна оккупирована", - сказала она.
Смешанные сигналы
Антон Турков, 21-летний фотограф, сначала бежал из Беларуси в Украину после начала репрессий. Затем в страну постучалась война; его следующей остановкой стал Вильнюс.
"Три месяца назад я решил выучить литовский язык, потому что мне очень нравится эта страна. Я начал понимать менталитет людей, но мне кажется, что этим законом решили сделать белорусов жителями второго сорта. Для меня это обидно, потому что все, что я хочу делать последние три года после 2020 года, - это жить простой жизнью, как простой человек, с правами, которых у меня не было в Беларуси ", - сказал он.
"В течение последнего месяца у меня такое настроение, что я готов переехать в Польшу", - добавил он.
Тем не менее большая часть беспокойства среди белорусов вызвана слухами и ложной информацией. Многие считали, что изменения означают, что их в конечном итоге вышлют из страны. Действительно, мало кто из белорусов сказал, что прочитал полный текст закона, который доступен в Интернете.
В ходе процесса литовские законодатели пытались успокоить опасения, говоря, что дебаты естественны для демократии - законы формируются и создаются заинтересованными сторонами, и окончательный вариант часто отличается от первоначально предложенного.
Они также заявили, что, несмотря на ограничения, политические беженцы смогут въехать в страну, поскольку для них по-прежнему действуют исключения.
Стоя на одной проукраинской демонстрации в Вильнюсе в конце апреля, несколько белорусов спорили между собой о том, что их ждет в будущем. Сейчас закон изменен, сказал один мужчина, но что будет в будущем, после выборов в 2024 году?
В парламенте несколько депутатов повторили, что белорусы являются "пленниками" режима. Другой депутат заявил, что речь идет скорее о молодых белорусах, которые здесь живут, работают и воспитывают семьи, а не только о видных деятелях оппозиции.
Одним из инициаторов закона является Лауринас Кащюнас, член консервативного Союза Отечества. По его словам, "фундаментальная отправная точка заключается в том, что мы должны поставить национальную безопасность Литвы на первое место".
"Это вопрос выживания нашей страны", - сказал Кащюнас. "Именно так мы должны оценивать, насколько открытыми мы можем быть. Исключения остаются. Мы многое сделали, чтобы дать этим людям безопасное место вдали от режимов. Поскольку литовская разведка предупредила, что белорусские спецслужбы действуют и пытаются создать свою сеть в стране", - отмечает он.
К белорусам уже начали применяться более жесткие меры. В этом году количество отказов в выдаче вида на жительство выросло более чем в десять раз, свидетельстувют данные Департамента миграции. Большинство из тех, кому было отказано, - граждане Беларуси.
