Белорусские власти помиловали 9-х фигурантов «дела TUT.by». Из 15 ранее осуждённых сотрудников некогда крупнейшего независимого издания Беларуси двое всё ещё находятся в тюрьме. Главный редактор Марина Золотова и генеральный директор Людмила Чекина месяц назад были приговорены к 12 годам колонии.
15 мая 2015 года белорусские силовики провели обыск в главном офисе TUT.by в Минске, а также в региональных редакциях в Гродно, Бресте, Могилёве, Витебске и Гомеле. К тому же к некоторым сотрудникам TUT.by силовики вломились домой. В тот день были задержаны 15 человек. Среди них были Марина Золотова и Людмила Чекина, а также главный инженер Алла Лапатко, главный бухгалтер Анжела Асад, заместитель генерального директора по техническим вопросам Александр Дайнеко, заместитель генерального директора по общим вопросам Ирина Рыбалко, заместитель главного бухгалтера Мария Новик, юрисконсульт Екатерина Ткаченко, экс-юрисконсульт Ирина Костюченко, менеджер проекта TAM.BY Дарья Данилова, менеджер Publisher Box Андрей Авдеев, вдова основателя TUT.BY Юрия Зиссера Юлия Чернявская. А также сотрудницы редакции: Ольга Лойко и Елена Толкачева.
Позже стало известно, что в отношении TUT.by открыли уголовное дело по уклонению от уплаты налогов в особо крупном размере.
Задержанные по этому делу сотрудники издания были помещены в Следственный изолятор (СИЗО). Часть из них в течение года выпускали на волю, кому-то изменяли меру наказания с тюремного заключения на домашний арест. В последствии сотрудницам TUT.by Елене Толкачевой, Ольге Лойко и Екатерине Ткаченко удалось покинуть Беларусь, а позже они минским режимом были объявлены в розыск.
Соучредитель TUT.by Кирилл Волошин в интервью LRT.lt рассказал об обстоятельствах помилования своих 9 коллег и о том, в каких условиях содержатся Марина Золотова и Людмила Чекина.
– Какие условия нужно выполнить, чтобы быть помилованным?
– Для того, чтобы быть помилованным, потенциально нужно выполнить два или два с половиной условия. Первое условие – должен быть погашен ущерб, не очень важно кем. Второе, нужно написать чистосердечное раскаяние, неважно, нарушил ты что-то или нет, на имя Лукашенко. И вот третье или второе с половиной [условие] в том, что так называемый ущерб государству должен быть погашен в двойном размере. Это даёт основание на помилование.
– Что теперь будет с вашими помилованными коллегами? Наложены ли на них какие-либо ограничения, могут ли они покидать Беларусь?
– Они могут покидать Беларусь. Каких-либо публичных условий, я думаю, им не поставили. Однако очевидно, что для большинства жителей Беларуси этим условием является молчание и невыражение гражданской позиции, отличающейся от официальной, что по выборам 2020 года, что по войне России с Украиной. Неучастие в массовых мероприятиях и собраниях: обычная, как иронично не звучит, жизнь белоруса со всеми её ограничениями.
– Как вообще ваши коллеги после этого снятия обвинений себя ощущают, с ними всё хорошо?
– Это было известно и до суда, потому что они все слава Богу, вышли под так называемой домашний арест, находились дома и более-менее что-то до нас доходило, о том, как это всё происходило.
Но ответ известен, потому что то, как воспринимается происходящее в камере, сильно зависит от человека. Начал ли он сдаваться, впал ли в депрессию, как сильно на него давили, как это давление им воспринималось. Это, в общем, не только зависит от следователей и тюрьмы, это зависит, конечно, и от характера человека, поэтому у всех по-разному.
Наверное, большинство [ранее задержанных сотрудников TUT.by] почувствовали некоторое облегчение, ещё когда их перевели под домашний арест. Ну, а сейчас вздохнули с облегчением, что помилование всё-таки состоялось, потому что прошение и тот факт, что компания погасила все долги, ну или выдуманные долги – это не стопроцентная гарантия помилования.
Естественно, [помилованные] люди без работы, без накоплений. У многих арестованны счета. Счастьем тут не пахнет ни разу.
– Как вам кажется, откуда такая снисходительность со стороны режима? Казалось, что по отношению к TUT.by власть на уступки не пойдёт. К тому же недавно и главу союза поляков Беларуси Анжелику Борис освободили. Может быть, режим посылает какие-то сигналы?
– Нет, я уверен, что никаких сигналов режим не посылает. Возможно, в случае с Борис это какая-то другая ситуация. Иногда ходят слухи про её обмен взамен на какие-то движения (уступки) со стороны Польши, что мне кажется немного странным, потому что польское правительство в общем, только ужесточает своё отношение к режиму.
Что касается TUT.by, то сотрудники, которые вышли, в общем, не символизировали для режима никакой особенной угрозы, скажем так. А вот генеральный директор, безусловно, символизировала. Так же, как и главный редактор. Они остаются не рукопожатыми для представителей диктатуры. Вот эти 2 фигуры, безусловно, получили по максимуму.
Ну, а насчёт того, с чего я начал: остальные сотрудники, в общем не представляли, я думаю, большого интереса, тем более что за них довольно большой, скажем прямо, был заплачен выкуп.
– Людмила Чекина и Марина Золотова не писали прошение о помиловании?
– Нет, они не признали вины. С другой стороны, им не было смысла его писать, потому что статьи экономические позволяют просить о помиловании, но связанные с экстремизмом, терроризмом, так называемым – несмотря на то, что ни того, ни другого они не совершали – не предусматривают возможности помилования. Статьи, связанные с разжиганием розни – то, чего опять же они не совершали. Статьи, связанные с нанесением, вреда национальной безопасности страны. Что же это за страна такая, что две хрупкие женщины ей угрозу представляли?
Ну и кроме того, они не признают вину в том, чего они совершали, это было бы бессмысленное признание.
– Что вам известно о тех ваших коллегах, которые сейчас находятся в тюрьме - касательно их морального и физического состояния, как они переживают сейчас заключение и есть ли у вас связь с ними?
– К сожалению, связь чем дальше, тем хуже. Только из писем которых, опять же, всё меньше в обе стороны доходит, узнаём о состоянии. Ну, можно о нём судить по настроению и из кадров, которые были в суде – [на них] очень, очень сильные, очень мужественные женщины. Они, в общем, продолжают вести себя сильно и мужественно, но понятно, что большой пользы здоровью нахождение в темноте, без движения, в тесных камерах с плохим питанием, не приносят.
Однозначно, упало зрение у обеих, какие-то хронические болячки обострились. От хронических, насколько нам известно, передают родственники лекарства, с этими более-менее нормально. Ну, с темнотой, к сожалению, ничего не сделаешь, пока не переведут их в колонию.
– В последние месяцы порой звучат мысли со стороны родственников и самих бывших политзаключённых о том, что стоит как-то доставать из тюрем людей, что нужно пробовать договариваться с режимом для этого. Как вы к таким предложениям относитесь и есть ли у вас вообще какие-то рычаги, которые могут повлиять на освобождение конкретно ваших коллег - Людмилы Чекиной и Марины Золотовой?
– Безусловно, мы заинтересованы в том, чтобы они вышли. Ну, естественно, не только они, но и все остальные политические узники. Мы готовы [договариваться], если бы такая возможность была, но мы, по крайней мере, о ней не знаем. Вести с кем-то переговоры о выкупе или там ещё о чём с так называемыми властями Беларуси...
Я подозреваю, что власти Беларуси не интересуют наши деньги. Их интересуют уже какие-то политические плюсы, которые они могли бы гипотетически получить от Литвы, от Польши или Латвии. Но какое у нас есть влияние, извините, на политиков этих стран?
Поэтому, с одной стороны, конечно, хотелось бы освободить, а с другой стороны, непонятно, какими шагами идти и это делать.
