26 ноября умер министр иностранных дел Беларуси Владимир Макей. Именно он отвечал за враждебную риторику в отношении европейских стран в последние годы, именно он является одним из создателей миграционного кризиса в 2020 году, после которого Литва, Латвия и Польша были вынуждены строить на границе с Беларусью дорогостоящие заграждения.
Кто является претендентом на должность министра иностранных дел? Изменит ли это назначение политику Беларуси в отношении соседних европейских странах? Насколько могут быть правдивыми конспирологические теории о смерти Владимира Макея? Об этом в интервью русской службе Радио LRT рассказал политический аналитик и бывший белорусский дипломат Павел Слюнкин.
- Как вы считает, есть ли вероятность, что смерть Макея могла быть не случайной?
- Я не стану утверждать, что этого не может быть. Но я считаю, что конспирологические теории плохо совпадают с реальностью, так как они не соответствует событиям, которые происходили в Беларуси.
Все эти теории базируются на двух возможных сценариях: первый – смерть Владимира Макея дело рук ФСБ, и второй – его ликвидировали свои. Лично я не понимаю, зачем России идти на такой рискованный шаг, ведь Владимир Макей выполнял волю Александра Лукашенко. Он не является каким-то самостоятельным игроком, и в 2020 году мы четко увидели, что он своим главным начальником выбрал не белорусский народ, а именно Александра Лукашенко.
Западная и пролиберальная риторика, которая звучала из министерства иностранных дел под его руководством, завершилась как раз событиями 2020 года. После этого он начал говорить о единстве белорусского, украинского и российского народа; стал оправдывать репрессии, отрицать наличие политических заключенных и обвинять Запад в том, что он пытался организовать в Беларуси революцию. Именно поэтому я не очень понимаю, зачем российской стороне нужно было совершать на него покушение.
Конечно, есть мнение, что Владимир Макей был в состоянии разморозить отношения с западными странами. Но это не так. Даже он не смог бы отменить санкции, – наоборот, ситуация за последние два года становилась все хуже и хуже. В сентябре у Макея были встречи на сессии генеральной ассамблеи ООН – он встречался с западными министрами, – но это ни во что не вылилось, потому что условия диктует не министр, а политическая обстановка стран-партнеров. Если вернуться ко второму сценарию, то режиму Лукашенко нет смысла убивать министра, если его можно просто уволить или посадить.
Послушать подкаст можно тут:
- Кто, на ваш взгляд, может стать новым министром иностранных дел Беларуси?
- Владимир Макей – очень серьезный политический тяжеловес. Он был близок к Александру Лукашенко, но при этом он действительно был очень талантливым профессионалом (если возьмем за скобки этическую составляющую и будем оценивать только его способности как переговорщика, дипломата).
Уникальность Владимира Макея состояла в том, что он был не только близок к Александру Лукашенко, но и пользовался его доверием. В 2020 году он еще больше подтвердил свою лояльность и преданность лично Александру Лукашенко.
Как для министра иностранных дел, у него была очень интересная и важная составляющая для Лукашенко – это военный опыт, он полковник военной разведки. Поэтому, когда он о чем-то разговаривал с Александром Лукашенко, он это делал как солдат, цокая каблуками, – это именно то, что так любят все авторитарные руководители. Но когда он садился за стол переговоров с министрами иностранных дел, он ничем не отличался от европейских дипломатов – применял западный стиль ведения переговоров, знал, что можно сказать и что хотят от него услышать, мог свободно вести переговоры на английском и немецком.
В этом и состояла его уникальность – он умел разговаривать на одном языке и с западными партнерами, и с Александром Лукашенко. В этом и заключалась часть успеха МИДа Беларуси за семь лет сближения с Западом, которое мы наблюдали с 2014 по 2020 год. Найти сейчас такого же человека довольно сложно, – я не уверен, что существуют люди с таким же богатым опытом и в военной, и в международной сфере.
Мне кажется, что назначение нового министра иностранных дел подскажет нам, что в голове у Александра Лукашенко, какие задачи он ставит перед МИДом – хочет ли он, чтобы МИД превратился в инструмент демонстрации лояльности к России, или он видит МИД как потенциальный механизм частичного сближение с западными странами.
Лукашенко может назначить на должность карьерного дипломата Сергея Алейника, который сейчас является исполняющим обязанности министра иностранных дел. Он не был замечен в антизападной риторике, работал послом в Великобритании и других западных странах, – поэтому я не сомневаюсь, что дипломатическую часть он выполнит хорошо, – но цоканья каблуками у него в арсенале нет.
Вторую кандидатуру, которую можно рассмотреть – Максим Рыженков, который олицетворяет преданность системе. Бывший дипломат, работал с Павлом Латушко в посольстве Беларуси в Польше. Его стиль – авторитарный руководитель. Он довольно жестко разговаривает с подчиненными, демонстрирует дисциплинированность и исполнительность, которую так хочет видеть Александр Лукашенко. С учетом того, что в последнее время Александр Лукашенко окружает себя силовиками, на этой должности мы можем увидеть кого-то из КГБ.
- Получается, что смена руководителя министерства иностранных дел не повлияет на общую политику государства?
- Министр, в первую очередь, исполнитель. Но я могу себе представить ситуацию, когда новый министр, который не является токсичным персонажем, не проявлял себя негативно в 2020 и 2022 году, а просто сидел и исполнял поручения, заинтересует западных партнеров. Но все это, в первую очередь, упирается в готовность Александра Лукашенко идти на какие-то серьезные шаги. Но я пока таких перспектив не вижу.
- Есть информация, что этой зимой возможно возрождение миграционного кризиса. Будет ли новый министр помогать Лукашенко использовать мигрантов для провокаций на границе?
- Если Лукашенко действительно захочет возобновить миграционный кризис, то новый министр, конечно, выполнит это поручение. Но он может одной рукой подгонять мигрантов к границе, а второй рукой – пытаться сигнализировать западным странам, что виновата не Беларусь, а Россия и сами мигранты. Собственно говоря, это и делал Владимир Макей, обвиняя в этом искусственно созданном кризисе другие страны – Германию, Польшу, Литву и весь Европейский союз. Представить, что новый министр не будет помогать Лукашенко, просто невозможно. Он просто моментально вылетит из своего кресла.
