Новости

2019.10.21 06:44

Зубы Гитлера лежат в Москве

Расследования Ланы Паршиной
Дмитрий Волчек, Радио «Cвобода»2019.10.21 06:44

В марте 1970 года председатель КГБ СССР Юрий Андропов направил в ЦК КПСС предложение раскопать тайное захоронение на территории советского военного городка в Магдебурге и сжечь 10 трупов – Адольфа Гитлера, Евы Браун, Йозефа Геббельса, Магды Геббельс и их детей. Брежнев идею одобрил, и в обстановке строжайшей секретности была проведена операция "Архив": сотрудники КГБ выкопали останки и сожгли на пустоши, а затем истолкли пепел и развеяли над озером.

Можно ли с уверенностью утверждать, что среди уничтоженных в 1970 году останков был труп Адольфа Гитлера? Согласно официальной версии, 30 апреля 1945 года он принял цианид, а затем выстрелил себе в голову, после чего камердинер Хайнц Линге сжег труп. Но есть и альтернативные версии – о том, что Гитлер бежал в Латинскую Америку, а в Берлине в 1945 году погиб его двойник.

Даже у чекистов, которым достались обгоревшие трупы из берлинского бункера, не было полной уверенности в том, что Гитлер покончил с собой. В ФБР тоже предполагали, что он мог бежать в Аргентину. По распоряжению Лаврентия Берии была проведена операция "Миф", в ходе которой в советских тюрьмах и лагерях вновь допрашивали Линге и других немцев, которые находились в бункере в апреле 1945-го. Генерал Амаяк Кобулов, занимавшийся расследованием, предполагал, что удастся отыскать живого Гитлера, но свидетельств, опровергающих версию самоубийства, ему найти не удалось. Полуистлевшие останки были в 1946 году закопаны в Магдебурге, а часть черепа с выходным пулевым отверстием, а также зубы, по которым проводилась идентификация трупов, были направлены в Москву. Зубы Гитлера и Евы Браун хранятся в архиве ФСБ, а фрагмент черепа — с 1962 года в Госархиве (ГАРФ), куда он был передан вместе с папками дела "Миф". В Москве находятся также ортопедический ботинок Геббельса, часть обшивки дивана, на котором покончил с собой Гитлер, и китель фюрера.

В 2000 году фрагмент черепа был представлен в Москве на выставке "Агония III Рейха. Возмездие". Но принадлежит ли он Гитлеру? Об этом до сих пор спорят историки, поскольку анализ ДНК сделать не удалось. Археолог Ник Беллантони даже утверждал, что череп женский. Но группа французских учёных во главе со знаменитым патологоанатомом профессором Филиппом Шарлье смогла в 2017 году провести экспертизу зубов, находящихся в архиве ФСБ. Шарлье пришел к выводу, что зубы принадлежат Гитлеру. Не обнаружив на них следов пороха, он заключил, что Гитлер стрелял себе не в рот, а в лоб или шею.

В вышедшей в 2018 году книге "Смерть Гитлера" описывается история исследования профессора Шарлье. Одновременно французское телевидение показало фильм, который сняли авторы этой книги – Жан-Кристоф Бризар и Лана Паршина. Благодаря настойчивости российско-американской журналистки Ланы Паршиной, два года добивавшейся от ФСБ разрешения на съемки, исследование профессора Шарлье удалось провести. Жана-Кристофа Бризара поразило, с каким параноидальным недоверием отнеслись в Москве к их замыслу, как сложно было получить допуск к материалам о смерти Гитлера в архивах ФСБ.

Лана Паршина уже больше 10 лет изучает тайны истории XX века. В 2007 году ей удалось завоевать доверие Светланы Аллилуевой и снять документальный фильм "Светлана о Светлане", исповедь дочери Сталина. Сейчас она вновь приехала в Россию, и ее новый проект связан с документами о Гитлере, хранящимися в московских архивах.

Об этом Лана Паршина рассказала Радио Свобода:

– Ваше расследование обстоятельств смерти Гитлера завершено?

– Нет, нам так и не удалось проверить череп на аутентичность, выяснить, принадлежит он Гитлеру или нет. Сделать мы это хотим не ради дешевой сенсации, а для того, чтобы поставить жирную точку в расследовании о том, как все-таки покончил с собой Гитлер. Мы сравнили огромное количество показаний очевидцев, таких как Хайнц Линге, Отто Гюнше, Ганс Баур, изучили фотографии, выяснили, что происходило в тот день в бункере, но не смогли установить стопроцентно, мог ли Гитлер, расколов капсулу с ядом, выстрелить себе в висок. Тест черепа помог бы нам выяснить эту тайну. Когда война уже близилась к концу, Гитлер находился в плохой физической форме, у него начиналась болезнь Паркинсона. Мог ли он выстрелить себе в голову? Или это сделал его камердинер Линге, когда Гитлер уже принял цианид? Вопросы все равно остались.

– Взять образец ДНК вам не разрешили, а всё остальное позволили?

– Да, удивительно. Я не могу понять, почему все-таки нам поверили. Но нас два года проверяли – и меня, и Жана-Кристофа, и Филиппа впоследствии. Нам дали доступ, но пришлось потратить два года на то, чтобы показать ФСБ, что мы это делаем не для дешевой сенсации. Плюс пришлось использовать дипломатические контакты, обращаться к ним через МИД. Сначала мне ответили: читайте книжку Виноградова "Агония и смерть Гитлера". Я сказала: "Я ее прочитала, но у нас полного доверия к бывшему полковнику КГБ нет. Так же как и у людей, которые могут эту книжку прочитать".

– Так прямо и ответили эфэсбэшникам?

Чтобы изучить соскобы со скамейки, на которой нашли Скрипалей, использовали то же оборудование, которое использовали мы, чтобы доказать, что Гитлер не стрелял себе в рот
– Да. Они от меня первое время обалдевали. Я всегда говорю то, что думаю, не держу камня за пазухой. Они, честно говоря, обалдели от моей наглости и от того, как я по-простому это все писала. Второй вопрос, который был ко мне от пресс-службы ФСБ: "Вы пытаетесь это сделать как российская гражданка?" Я говорю: "Почему? Я пытаюсь сделать это с французской компанией. То, что у меня есть два гражданства – российское и американское, – я не скрываю, но это французский проект". Они очень обрадовались, что это делают не американцы. Из-за того скандала, который произошел в 2009 году, когда американский преподаватель археологии Ник Беллантони сказал на весь мир, что череп Гитлера принадлежит женщине.

– Когда вы начали заниматься этой историей, у вас была твердая уверенность, что Гитлер покончил с собой в 1945 году, или слухи, что он бежал в Аргентину, казались вам заслуживающими расследования?

– Мне казалось, что они заслуживали расследования. Одно дело – показать какие-то экспонаты, и совсем другое дело – доказать, что это действительно принадлежит Гитлеру. Важно было участие судмедэксперта, звезды мирового масштаба Филипа Шарлье, потому что без него мы, конечно же, не могли бы проделать расследование и подтвердить аутентичность зубов. Это человек, который делал эксгумацию тела Генриха IV, проверял сердце Ричарда Львиное Cердце, доказал, что останки Жанны д’Арк – это не останки Жанны д’Арк. По случайности наш фильм вышел 20 марта 2018 года на телеканале France 2, книга вышла 7 марта, а за несколько дней до этого произошло отравление Скрипалей в Солсбери. И угадайте, какое оборудование использовали специалисты Скотланд-Ярда и кого они привлекли для того, чтобы изучить соскобы со скамейки, на которой нашли Скрипалей? То же самое оборудование, которое мы использовали для того, чтобы доказать, что Гитлер не стрелял себе в рот, вопреки показаниям шофера Эрика Кемпке.

– Череп вам не удалось изучить, а к зубам вы получили доступ?

– Мы имели доступ к зубам дважды. Первый раз без Филиппа мы сняли зубы в большом разрешении, очень крупным планом. Но одно дело – картинка, и совсем другое дело – настоящее расследование. Замдиректора архива РГВА говорил: "Даже если Гитлер сбежал в Аргентину, то он уже давным-давно умер. Какая разница?" Я говорю: "Как какая разница? Столько людей погибло в этой бессмысленной бойне, столько людей до сих пор пытаются опровергнуть Холокост. Если мы докажем, что Гитлер спокойно уехал в Аргентину, то это будет самой большой несправедливостью на свете". Было интересно посмотреть, какие существуют доказательство его смерти. Есть кусок черепа. Откуда мы знаем, что он принадлежит Гитлеру? Почему мы должны верить, что зубы, которые хранятся в архиве ФСБ, действительно принадлежат Гитлеру? Филипп Шарлье имел возможность проверить это, используя новейшее оборудование, и мы засняли весь процесс на камеру.

– Журналистка "Московского комсомольца" Ева Меркачева даже держала в руках эти зубы. Вы тоже?

– Нет, нам не давали их держать. Единственный, кто держал зубы в перчатках, – это Филипп Шарлье. Я вообще не понимаю, как кто-то мог взять голыми руками зубы Гитлера. С точки зрения этики это, мягко говоря, не совсем правильно. Это достопримечательность какая-то? Зубы человека – неважно, кто это, Гитлер или кто-то еще, – но зубы человека, которые хранятся как вещественное доказательство его смерти, и мы будем на фоне этого вещественного доказательства фотографироваться? У нас была одна фотография с Филиппом и оператором Жульеном Буленом на фоне черепа. Мы не трогали череп руками, просто он лежал на черном покрывале для того, чтобы мы могли его снять в очень хорошем качестве, чтобы потом можно было на компьютере кое-что еще проверить. Я не видела, чтобы Жан-Кристоф вообще где-либо эту фотографию выставлял. Он сделал снимок просто как доказательство того, что мы действительно были там, потому что все равно большую часть времени мы находились за кадром.

– Зубы Гитлера действительно лежат в коробке из-под папирос?

– Да, и они там хранятся очень хорошо. У Гитлера были очень плохие зубы. Кстати, во время осмотра зубов на специальном электронном микроскопе, который привез с собой Филипп Шарлье, были обнаружены остатки вегетарианской пищи, которую Гитлер ел в тот день.

– А зубы Евы Браун кто-нибудь анализировал?

– Елена, которую мы описываем в книге, спросила: "А зубы Евы Браун почему никого не интересуют?" Я говорю: "Потому что не она была фюрером". Зубы Евы Браун я бы очень хотела проанализировать, потому что у нее есть родственники. Если это зубы Евы Браун, то мы точно доказываем, что Гитлер вместе с ней покончил жизнь самоубийством, и можем верить словам Линге о том, что, когда он вошел в комнату, он увидел, что Ева Браун сидит, поджав ноги, уже мертвая, Гитлер справа от нее, немножечко наклонен, и вроде как он выстрелил себе в голову.

– Почему вы не провели их анализ?

– Это наш общий проект с Филиппом и Жаном-Кристофом. Естественно, мы зависели от продюсеров, а их Ева Браун не сильно волновала. Я бы с удовольствием сделала анализ ДНК Евы Браун.

– Там же есть еще ботинок Геббельса?

– Да, ботинок Геббельса и портсигар Магды Геббельс, который ей подарил Гитлер. Была смешная история: после съемки Филиппу Шарлье дали акт вскрытия. Он его читает, машинально берет и пытается положить себе в карман. Можете себе представить выражение лиц сотрудников архива.

– А дело о смерти Гитлера вам дали посмотреть полностью, ничего не прятали?

– Да. Но фотографировать разрешали не всё.

– А что не разрешили?

– Сейчас есть такое новомодное веяние – публиковать имена и фамилии сотрудников НКВД. 60 или 70 лет спустя человек может найти семью этого сотрудника и сказать: ваш дедушка убил моего дедушку, покайтесь.

– В ФСБ боятся, что родственники Гитлера придут разыскивать потомков сотрудника НКВД, который допрашивал его адъютанта?

– Там, например, есть информация о зубном враче Гитлера, Йоганнесе Блашке. Его взяли американцы, а советские взяли его ассистентку, и она 10 лет отсидела в советской тюрьме. Ее реабилитировали в 90-е годы, но тем не менее человек 10 лет отсидел в тюрьме просто за то, что ассистировал доктору, который делал зубы Гитлеру и Еве Браун. Тут спорный вопрос. Например, ее потомки придут в архив, попросят посмотреть дело Гитлера, проверят, кто проводил допрос, и потом вкатят иск...

– В 1970 году трупы выкопали в Магдебурге и сожгли заново...

– Да, поразительная вещь, зачем-то сожгли. Почему бы не оставить еще какой-нибудь артефакт Гитлера? Представьте, если бы у нас были сейчас волосы Гитлера…

– Можно было бы определить, какие наркотики он принимал, например.

– Вот именно, а не верить сказочкам историков, которые утверждают, что он сидел на таких-то и таких-то наркотиках. Хотя там был целый коктейль, плюс через день ему делали капельницу с витаминами. Мы подвергаем вопросу всё, не только зубы, но и протоколы допросов, чтобы воссоздать картину происшествия. Есть документальный фильм – воспоминания секретарши Гитлера. В ее глазах он был таким человеком. В глазах Баура или Линге он был другим человеком. В глазах Геббельса был третьим человеком. И даже для того, чтобы восстановить картину, что происходило в тот день, когда Гитлер покончил жизнь самоубийством, нам нужно было перелопатить кучу материала, надо было сравнить все показания свидетелей, потому что это исторический висяк, который тянется 70 с лишним лет. Тот же Линге много раз менял показания о том, как Гитлер умирал – он пытался его показать мучеником, который умер за освобождение Германии. Это субъективные вещи. Но мне непонятно, почему Линге еще раз не допросили, имея более современные технологии, и не сравнили фотографии, которые находились в деле "Миф" с места происшествия, не проверили еще раз обшивку дивана, которая хранится в ГАРФе, с каплями крови Гитлера. Почему эта мысль пришла в голову только нам? Мы просто взяли и провели полностью расследование, задавали те вопросы, которые задал бы обычный человек.

– Вы изучали обшивку дивана?

– Я сделала большую глупость, когда Жан-Кристоф сказал: "Покажи мне капли крови на диване". Я показала пальчиком и случайно задела эту каплю крови. Головная боль у нас с ним была жутчайшая, ощущение – я вам не могу передать, мистика какая-то. Кстати, тип крови проверили, выяснили, что он тот же, что и у Гитлера – тип А. Мы вышли из ГАРФа, шли понурые, как будто в параллельной реальности, и вдруг увидели церковь Космы и Дамиана. Жан-Кристоф сказал: давайте зайдем в церковь. Мы зашли в церковь, постояли чуть-чуть, поставили свечки. Это при том, что я человек не воцерковленный, я агностик, а он протестант. И мы зашли в православную церковь. Вы знаете, отпустило, отлегло. Буквально 15 минут мы там постояли, но этот негатив ушел, и головная боль прошла. Я не могу объяснить, это было странное состояние.

– Вам не разрешили провести анализ ДНК, чтобы определить подлинность черепа Гитлера. А как можно это сделать?

– ДНК Гитлера для сравнения не осталось. Хотя, я думаю, что в ФСБ наверняка знают, где похоронен его племянник, Хайнц Гитлер, который был взят в плен и умер в Бутырской тюрьме в 1942 году. А я общалась с потомками Гитлера, которые живут в США, и сказала пресс-службе ФСБ, что хотела бы провести ДНК-анализ зубов с ДНК потомков Гитлера. А они говорят: мы не уверены, что это его потомки.

– Как они оказались в Америке?

– В 1933 году племянник Гитлера Уильям Патрик Гитлер от брака Алоиса-младшего и ирландки Бриджит Даулинг приехал в Берлин, чтобы пристроиться к своему знаменитому дядюшке, который только что получил абсолютную власть в Германии. Гитлер говорил о нем "мой отвратительный племянник", потому что Уильям Патрик постоянно чего-то просил и пытался воспользоваться положением дядюшки. Его пристроили в банковскую сферу. Он там работал, но ему всё казалось мало, он даже пытался шантажировать дядю. Он не хотел служить в армии и в конце концов сбежал в Америку. Предприимчивый человек, он начал писать статьи о том, как ненавидит дядюшку и стал идеологическим оружием в руках Америки. Он сначала сменил свою фамилию на Гиллер, а потом на Стюарт-Хьюстон и прекрасно дожил до 1987 года. Женился он на немке, у него родились четверо мальчиков. Имя старшего сына любопытное — Александр-Адольф. Он родился в 1949 году, стал психологом, помогал ветеранам вьетнамской войны, сейчас находится на пенсии. Интересная судьба у его брата Говарда-Роналда, 1957 года рождения. Он был налоговым агентом и в 1989 году погиб в автомобильной катастрофе, вроде бы это было подстроено. Остались три брата, ни у кого нет ни жен, ни детей.

– И вы познакомились с внучатыми племянниками Гитлера?

– Сначала я обратилась к Луи и Брайану. Брайан – самый молодой из них, 1965 года рождения. Они живут в Ист-Пачог, у них там зарегистрирован офис их ландшафтной компании. Мы один раз поговорили, после этого они не брали трубку. Естественно, они боятся, что к ним придет какой-нибудь сумасшедший, будет обвинять их во всех смертных грехах только потому, что они являются последними потомками Гитлера по мужской линии. С Александром мне удалось поговорить несколько раз. Я его убедила в том, что я не сумасшедшая, делаю это исключительно для того, чтобы закрыть вопрос. Ведь постоянно говорят, что Гитлер еще жив, сбежал в Аргентину, что его клонировали, и есть даже телесериал "Охота на Гитлера", там бывшие агенты ЦРУ и ФБР с умным видом рассуждают о том, как он мог бежать из Берлина.

– Александр-Адольф согласился дать вам биологический материал для анализа?

– Нет, он сказал, что это то же самое, что спросить у человека номер социальной карты, которая дает доступ ко всей информации о нем. Но некие бельгийские журналисты 7 дней следили за ним в 2010 году и нашли момент, когда он, пообедав цыпленком в дайнере, оставил салфетку на столе. Они эту салфетку взяли, сделали ДНК-тест и обнаружили 39 родственников Гитлера.

– А он знал об этом?

– Я ему рассказала. Он чуть не плакал. Сказал, что не заметил за собой слежки. Я говорю: "Понимаете, я тоже американская гражданка, я не буду рисковать своей репутацией и нарушать закон, гоняясь за другим американским гражданином. Я вас просто прошу помочь. Я не буду вас снимать, показывать ваше лицо, но ДНК мы можем взять только официально".

– Но он сказал "нет"?

– Он сказал: "Вы поймите меня тоже, для нас эта тема закрыта".

– Вижу, что ваша специализация – потомки известных людей. Вы знакомы с родственниками Распутина и Маяковского…

– Так случайно получилось. Мне очень хотелось попасть в кино. Я пошла на сценарный факультет, стала работать на разных фильмах – то кастинг, то продюсером, то еще кем-то. Это как петля – затягивает, но ты маленький винтик в машине, себя не реализовываешь. Было интересно рискнуть, сделать свой фильм. Проще всего сделать документалку, потому что не надо платить оператору, звуковику, съемочной группе и актерам, нужно буквально несколько человек. И я решила снять фильм об Аллилуевой. Она мне показалась такой светлой, я ожидала увидеть совершенно другую женщину. Она меня очаровала.

– И вы ее тоже сумели очаровать. Получилось великолепное интервью.

– Да, я этой женщине безмерно благодарна за то, что она дала какой-то девочке шанс на карьеру в этой области. Да, меня интересуют потомки и расследования. История – это не только про завоевания полководцев. История – это то, как она повлияла на нас. Если бы мой прадедушка не погиб в 1942 году, мой дедушка не поперся бы в 14 лет в Москву из Рязанской области в 1944-м на военное производство, то непонятно, родилась бы я или нет. Если бы мой дедушка, которого, как сына раскулаченного, не отправили воевать в советско-финской войне, не получил бы ранение в 1939-м, то, может быть, его бы снова взяли на войну в 40-е годы. Может быть, тогда его бы не было в живых и не появились бы мои мама, тетя и дядя. А что было бы, если бы он не встретил финскую девочку в той части Карелии, которая перешла к Советскому Союзу после финской войны? Интересно, как человеческий фактор влияет на людей, на историю, на то, как мы все взаимосвязаны. Посмотрите, как оказались потомки Распутина во Франции. Матрена сбежала, бросила детей, поехала с цирком путешествовать по всему миру как дочка Распутина, своим взглядом гипнотизировала животных. У Распутина были способности к гипнозу, и ей это тоже передалось. Она оказалась в Америке и умерла в Америке, а дети остались во Франции. И у всей этой семьи есть одна большая тайна – старец Григорий Распутин. Они ненавидят диснеевский мультик "Анастасия", но не могут подать в суд на компанию "Дисней", потому что у них нет документов, подтверждающих родство с Распутиным. В этом году 150 лет со дня рождения Распутина. Тоже вопрос: если бы его тогда не убили, что было бы с Россией, заключила бы она сепаратный мир с Германией, как хотел Распутин?

Человеческий фактор мне всегда помогает в расследованиях. Благодаря Светлане Аллилуевой я в первый раз получила доступ в ГАРФ. Я сдала в архив видео ее интервью и несколько уникальных фото. Одним из них было портрет экономки Сталина Каролины Тиль – той самой, что обнаружила Надежду Аллилуеву на полу с пистолетом после самоубийства. Мне его передала Светлана, и я его хранила. Светлана очень переживала по поводу Каролины Тиль, потому что ее забрали в НКВД в 1938 году. Когда директор ГАРФ Лариса Александровна Роговая увидела это фото, она не могла поверить своим глазам.

– Ваше новое расследование тоже связано с Гитлером?

– Да, с книгой посещений Гитлера с 1939 по 1945 год, вплоть до дня рождения Гитлера. Последняя запись сделана 20 апреля. Это взгляд на тех людей, которые имели возможность встретиться с Гитлером. Например, за полтора месяца до начала войны с Советским Союзом среди его посетителей оказывается Амаяк Кобулов, который потом проводил расследование "Миф". Интересно, с какой целью он посещал Гитлера в конце апреля 1941 года? И в начале мая снова есть его имя. Книга хранится в архиве РГВА, и самое интересное, что она была проработана специалистами СМЕРШ или НКВД, потому что все имена советских людей подчеркнуты красным карандашом.

– А кто там еще есть из советских?

– Деканозов, ставленник Берии. Он был полпредом в Германии, хотя не имел дипломатического образования и не знал языка. Как его могли поставить на такую позицию в страну, которую он не знал?

– И Кобулов был точно такой же – без образования и языка.

– К Деканозову и к Кобулову были приставлены агенты абвера. Они сами же у немцев попросили русскоязычных секретарей. А что такое секретарская работа? Это вся коммуникация, корреспонденция. Ясен ответ на вопрос, кто сдал позиции советской армии немцам, когда они начали бомбить Киев.

– А что вы хотите найти в книге посещений Гитлера?

– Мы расследуем, что случилось с людьми, которые подписались последними в этой книге. Например, известный актер Генрих Георге, умерший в 1946 году в концлагере Заксенхаузен, который после войны стал седьмым лагерем НКВД. 8 апреля 1945 года он выступал с речью о том, что нужно любой ценой остановить большевистскую угрозу. Его дело хранится в архиве в Омске, но нам не дали его посмотреть.

Я познакомилась с его сыном Яном Георге. Он рассказывал о том, как в соседнем доме поселились люди из НКВД, даже какой-то человек приходил к ним в гости, и они общались на ломаном русском языке. У Яна Георге есть копии дел, часть опубликовал журнал "Шпигель". В 90-е годы, когда были открыты архивы, в Омск ездил один его знакомый и сделал копии. Потомки – это ключик, особенно сейчас, когда архивы закрывают и создают трудности с различными делами. С апреля 2016 года новые правила доступа в архивы. Такие архивы, как ГАРФ или РГВА, подчиняются администрации президента. Вам могут отказать, могут разрешить, могут что-то рассекретить, а что-то засекретить. Уже бывали случаи, что рассекреченные вещи обратно засекречивали. В архиве ФСБ вам никто не даст посмотреть картотеку, никто не даст посмотреть в читальном зале, как это можно сделать в РГВА или ГАРФе, какие документы у них есть по данному человеку. Мы не знаем, что хранится в самом закрытом архиве, который может сравниться по секретности лишь с архивом Ватикана. А вот ЦРУ работает прекрасно и на благо историков. У них есть свой сайт, и информацию можно искать прямо на сайте. Вы можете себе представить, если вдруг когда-нибудь наступит такой светлый день, что архив ФСБ тоже начнет политику большей открытости и откроет в цифровом виде доступ хотя бы к рассекреченной информации? Это было бы прекрасно.

Радио Свобода