Сестра Сенцова: "Олег теряет надежду"

Сестра Олега Сенцова продолжает бороться за освобождение брата.
Cнимок: BBC
Cнимок: BBC
Накануне двоюродная сестра Олега Сенцова Наталья Каплан сообщила, что его состояние - катастрофически плохое. Об этом брат написал ей в письме. ВВС Украина поговорила с Натальей Каплан о состоянии Сенцова, свидании с ним, жестком отношении к нему в больнице и его шансах на освобождение.

BBC Украина: Наталья, вы, наверное, видели, что Уполномоченная по правам человека Людмила Денисова обнародовала фотографии Олега.

Наталья Каплан: Не видела.

BBC: Посмотрите, пожалуйста, на фото, которые опубликовала омбудсмен. Она написала, что это сегодняшние фото, якобы сделанные Уполномоченной РФ Татьяной Москальковой, отметившей, что он ходит и чувствует себя нормально. Что вы чувствуете, глядя на эти фото?


Н.К.: Это узник Освенцима просто. Он очень худой, глаза впалые.

Олег мне писал, что встает очень редко и только при крайней необходимости. В основном, он лежит. Это его письмо.

Что касается Москальковой, то она же говорила, что он набрал два килограмма, что он прекратил голодовку, что получает от мамы письма по электронной почте, хотя у нее даже компьютера нет.

BBC: Можно ли верить этому фото?

Н.К.: Фото, я думаю, верить можно. Москальковой - нет. Давайте говорить прямо.

BBC: Как чувствует себя Олег, какая последняя информация?

Н.К.:У Олега началась анемия. Он жалуется на боли в сердце. У него очень слабый пульс - всего 40 ударов в минуту.

Он жалуется на общую усталость и слабость, пишет, что встает редко, в большинстве случаев просто лежит сейчас.

"Ответа на просьбу о помиловании сих пор нет"

BBC: Виделись ли вы с ним в тюрьме и когда это было в последний раз?

Н.К.: В последний раз мы с ним виделись в начале июля. Уже тогда он был очень истощен, сильно постарел, и, конечно, было ощущение, что мы не виделись не три года, а все лет пятнадцать.

BBC: Как удалось организовать эту встречу, насколькоэто было сложно?

Н.К.: На самом деле, ничего сложного. Дело в том, что до этого Олег отказывался от встреч с родственниками, объясняя это тем, что ему морально так проще держаться.

Но в очередную поездку адвокат сказал, что он хочет меня видеть. И я поехала на краткосрочное свидание.

В принципе, там ничего сложного, я заполнила бумаги, и все.

BBC: Его сейчас принудительно кормят или только капают глюкозу?

Н.К.: Ему капают глюкозу, и чтобы избежать принудительного кормления, он согласился принимать питательные смеси - они бы все равно их вливали.

Но он согласился их принимать в значительно меньшем количестве, чем это необходимо.

BBC: Изменилось что-то после того, как мать написала письмо с просьбой о помиловании?

Н.К.: Нет. Ответа до сих пор нет. Это прошение о помиловании лежит в администрации президента России. Но пока никакой реакции не было.

BBC: Адвокат говорил, что просьбу передали в региональную комиссию. Можно ли от этого чего-то ожидать?

Н.К.: Это то же самое. Ждем. Надеемся, что-то делаем.

BBC:Контактируете ли вы с женой и детьми Олега?

Н.К.: С его семьей я контактирую, да. Им, конечно, очень трудно.

BBC: Им угрожают?

Н.К.: Им никто не угрожает. Им трудно, потому что Олег в тюрьме. Он на грани смерти. С чего же им будет легко?

BBC: Удается ли им общаться?

Н.К.: Письма, редко - телефонные звонки.

В гражданской больнице - хуже, чем в тюрьме

BBC: В вашем посте на Facebook была информация, что в гражданской больнице там, где он находится, ему было еще хуже, чем в больнице в тюрьме. Чем хуже и как с ним себя вели в обоих больницах?

Н.К.: Говорят, что в больнице в тюрьме к нему относятся более или менее, претензий не предъявляют, там у него нормальный врач.

Что касается обычной больницы, его туда возили в реанимацию, и реаниматолог сразу предложил его привязать, когда узнал, кого ему привезли, и сразу сказал, что будет засовывать ему трубку, а если он окажет сопротивление, то "засунут в задницу" . Церемониться с ним там никто не собирался. Умрет, значит умрет.

И Олег также писал в письме: "Ты не думай, что гражданская больница - это спасение. Я общался с другими заключенными, и для заключенных там еще хуже, чем в больнице в тюрьме."

BBC : Адвокаты и Людмила Денисова говорят, что его следует перевезти в московскую больницу. Насколько это реально, по вашему мнению?

Н.К.: Вопрос еще в том, что Олег боится, что не перенесет этапа. Если его этапировать обычным способом, как других заключенных, он действительно может этого не пережить.

Ему нужен медицинский самолет и медицинское сопровождение. Если его перевезут в Москву, то, конечно, я думаю, там ему будет лучше.

BBC : В России Олега Сенцова осудили по обвинению в террористической деятельности. Украина и практически весь мир этого не признают. Как сам Олег считает, почему его осудили, какова реальная причина?

Н.К.: Реальная причина - аннексия Крыма. Нужно было кого-то схватить, нужно было расправиться с проукраинскими активистами. Вот и все.

BBC: Вы говорили о том, что у него очень ограниченный доступ к письмам и он практически находится в информационном вакууме. Многие люди присылают ему письма и даже получают какие-то ответы. Как вы думаете, эти письма - фейки?

Н.К.: Нет, эти письма - не фейки. С письмами ситуация сложилась относительно недавно. Он не получает их чуть больше недели. То есть, это недавно.

"Если он говорит, что плохо, тогда действительно плохо"

 

BBC: По вашему мнению, почему Россия последовательно отказывается от всех предложений Украины и международного сообщества обменять или выдать Олега? Как вы думаете, это принципиальная позиция Путина или, возможно, Украина где-то не дорабатывает?
 

Н.К.:Я думаю, это принципиальная позиция Путина, но не исключаю, что кто-то где-то не дорабатывает. Если бы Путин хотел, он бы его, конечно, давно отпустил.

BBC: Как у вас происходит коммуникация с украинским и, возможно, российскими властями?

Н.К.: С российскими властями абсолютно никак. С украинскими - по-разному. Они звонят, или я хожу по этим кабинетам.

BBC: Вы вчера сообщили, прочитав письмо от Олега, что у него состояние - «на грани». Раньше, когда британская пресса писала подобное со ссылкой на вас, вы говорили, что не нужно паниковать и все более-менее. Можете ли вы сказать то же самое сейчас?

Н.К.: Нет, сейчас я не могу сказать, что все "более или менее". Сейчас ситуация ухудшилась.

Я знаю Олега - если он говорит, что плохо, тогда действительно плохо.

Кроме того, он теряет надежду. Он писал в этом письме, что не стоит ему больше писать, что свобода рядом. Он в это больше не верит.

BBC: А верите ли вы, что для Олега все завершится положительно и он вскоре окажется в Украине?

Н.К.: Я стараюсь делать, а не верить. Не хочу предсказывать.

ВВС Украина

Komentarai

Spausdami siųsti mygtuką sutinkate su Taisyklėmis ir atsakomybe

Novosti