ЧВК в России: подход может поменяться

Тема частных военных компаний (ЧВК), деятельность которых в России подпадает под статью Уголовного кодекса о наемничестве, на уходящей неделе зазвучала с новой силой в российских и западных медиа. Причиной этому послужили два веских информационных повода: рассказ телеканала «Дождь» о новой российской ЧВК в Сирии и требование отставных военных о легализации частных военных компаний с приравниванием их «сотрудников» к ветеранам боевых действий из числа военнослужащих.
Снимок: Reuters/Scanpix
Снимок: Reuters/Scanpix
«Дождь» рассказал 5 июля о появлении в Сирии весной этого года компании «Патриот», которая, по данным телеканала, не связана с близким к Владимиру Путину бизнесменом Евгением Пригожиным, а курируется Министерством обороны РФ. «Патриот», по сведениям «Дождя», ссылающегося на военного эксперта «державных» взглядов, генерал-полковника Леонида Ивашова, состоит из «действующих специалистов Главного управления Генштаба, военных юристов и бойцов сил специальных операций».

В то же время в социальной сети «ВКонтакте» появилось «Открытое заявление Общероссийского Офицерского Собрания», в котором властям России предъявлены требования «установить правовые, социальные, экономико-налоговые механизмы взаимодействия всех государственных структур с частными военными компаниями», «немедленно установить и признать статус участников боевых действий в структурах частных военных компаний» и «прекратить преследования участников частных военных компаний и членов их семей государственными и иными структурами».

Заявление было подписано Леонидом Ивашовым, «полковником в отставке» Владимиром Петровым, давно заседающим вместе с Ивашовым в президиумах различных консервативных организаций, и казачьим активистом Евгением Шабаевым, который еще в феврале рассказывал Радио Свобода о массовой гибели бойцов «ЧВК Вагнера» в Сирии.

Этот документ был воспринят Кремлем со всей серьезностью: пресс-секретарь президента России Дмитрий Песков в пятницу заявил, что «безусловно, если такое обращение по официальным каналам поступит, оно будет направлено в министерство обороны для проработки и выработки каких-то основополагающих подходов».

История вопроса

Между тем, слова Дмитрия Пескова расходятся с тем подходом, который до нынешнего времени проявляла Россия в отношении «добровольцев», в составе частных военных компаний, воевавших за интересы тех, кто их нанял.

О приравнивании россиян, воюющих за границей без какого-либо признания со стороны российского государства, к «официальным» ветеранам речь идет как минимум шесть лет.

В апреле 2012 года Владимир Путин, готовившийся вновь вступить в должность президента после четырех лет работы главой правительства, ответил в Госдуме на вопрос о разработке официального статуса для ЧВК: «Считаю, что это действительно является инструментом реализации национальных интересов без прямого участия государства. Вы правы абсолютно. Считаю, что да, над этим можно подумать, рассмотреть».

Тогда же, в 2012 году, задававший Путину это вопрос депутат Алексей Митрофанов разработал закон о ЧВК, но его отклонили по причине «процедурного несоответствия требованиям Конституции и регламенту Государственной Думы». К тому времени уже несколько организаций в России называли себя «частными военными компаниями».

Тот же Леонид Ивашов в 2012 году в интервью государственному телеканалу Russia Today критиковал тех, кто защищает интересы российских ЧВК: «Я бы не делал ставку на их компетентность. Большие опасения вызывает то, как ЧВК себя поведут, если обострится конкуренция. Они могут начать конфликтовать между собой. Будут конфликты – а значит, будут и жертвы».

Позже, в 2013 году, в Сирии обнаружили частную военную компанию Slavonic Corps Limited («Славянский корпус»), в которой воевали 267 россиян, среди которых был и командир появившейся позже «ЧВК Вагнера» Дмитрий Уткин. Об этом тогда написало санкт-петербургское издание «Фонтанка».

Тогда, как позже рассказало другое российское издание, «Новая газета», было очевидно, что Россия не готова легализовать этот вид деятельности: по сообщениям издания, российских наемников вывезли на родину, где их встречали сотрудники ФСБ, а «для двух руководителей “Славянского корпуса” Вадима Гусева и Евгения Сидорова вояж в Сирию завершился уголовными делами и приговорами с реальными сроками по статье 359 УК РФ (наемничество)».

В 2014 году российских «добровольцев» в Крыму и на востоке Украины было уже много, но Госдума все равно не решилась придать им официальный статус: еще один проект закона о придании ЧВК легального статуса был дважды забракован в Госдуме в течение 2014 года, и в то время против его принятия высказывалось российское правительство и спецслужбы.

К 2018 году ситуация несколько изменилась: в середине января министр иностранных дел России Сергей Лавров, комментируя ситуацию с попаданием в плен к боевикам ИГИЛ двух россиян, заявил, что «нужно четко зафиксировать законодательную базу для того, чтобы эти люди были в правовом поле защищены».

Буквально через два дня после этих слов Лаврова несколько депутатов Госдумы заявили журналистам, что закон о ЧВК будет разработан и внесен в парламент в течение месяца. Это было сделано, но уже в марте 2018 года стало ясно, что борьба вокруг статуса наемников отнюдь не закончена: в правительстве России законопроект опять назвали антиконституционным, а в Совете Федерации объявили, что таких компаний в России просто нет.

Это сделал первый заместитель председателя комитета Совета Федерации по обороне и безопасности Александр Ракитин: «В России частные военные компании отсутствуют. Мы полагаем, что вооруженная борьба - это прерогатива государства. Что касается юридического регулирования деятельности ЧВК в России, то срочной необходимости в этом мы не видим».

Пока очевидно, что в российском обществе и Государственной Думе существует лобби, поддерживающее придание ЧВК законного статуса, но мощная группа политиков и чиновников, этому сопротивляющаяся, выглядит сильнее: законопроект не поддержало ни одно из силовых ведомств России.

Сам Владимир Путин с 2012 года на эту тему больше не высказывался, но слова Дмитрия Пескова, произнесенные 6 июля, могут означать, что официальный подход российских властей к этому вопросу может измениться. Возможно, это произойдет потому, что количество ветеранов необъявленных войн в России растет темпами, которых Кремль и сам не ожидал.

Русская служба «Голоса Америки»

Komentarai

Spausdami siųsti mygtuką sutinkate su Taisyklėmis ir atsakomybe

Novosti