Новости

2014.08.26 21:33

Выстраданная свобода

Юрий Макаров, LRT.lt2014.08.26 21:33

Если бы не борьба за кремлевский трон между двумя советскими номенклатурщиками – Горбачевым и Ельциным, то никакого государства в качестве продукта этого противостояния у нас бы не было, и мы бы оставались провинцией с нулевыми правами и хитрой, но послушной элитой, чем-то вроде современного Татарстана. назад, и оттуда все наши проблемы с государством, олигархической экономикой и пассивным обществом.

До сих считалось, то что дешево стоит – мало ценится. Мол, Украина сама ничего не сделала для того, чтобы добыть независимость 23 года тому назад, и оттуда все наши проблемы с государством, олигархической экономикой и пассивным обществом.

Если бы не борьба за кремлевский трон между двумя советскими номенклатурщиками – Горбачевым и Ельциным, то никакого государства в качестве продукта этого противостояния у нас бы не было, и мы бы оставались провинцией с нулевыми правами и хитрой, но послушной элитой, чем-то вроде современного Татарстана.

Оставляя в стороне упражнения в альтернативной истории, которые не безосновательные, но требуют значительно большей компетенции, позволю себе не согласиться с основным тезисов: в самом деле Украина понесла значительные потери в борьбе за свою свободу, только эти жертвы были растянуты на длительный срок. Имею ввиду весь советский период – с сопротивлением оккупации, которое получило ошибочное название «Гражданской войны», многочисленными антибольшевистскими восстаниями и радикальным их удушением в форме Голодомора, беспрецедентной партизанкой после Второй мировой , массовым диссидентским движением. Также память про «пулемет на чердаке» (реальный или виртуальный), была тогда всех участников разлучения сильным моральным аргументом, чтобы считаться с украинским фактором.

Не секрет, что наше молодое государство оказалось не очень презентабельным. По сути оно стало плюс-минус реинкарнацией совка в его малоросиийской ипостаси: плюс – определенная бытовая свобода, минус – система сдерживаний для самой номенклатуры. Попытки «государственного строительства» (начало 90-ых) ограничились созданием административных инструментов перераспределения потоков, конструирование капиталистической экономики сводилось к тому, что монополизм самого худшего разлива начала XX ст. стал нормой в XXI, тонкая парадная обертка прятала фактическую культурную колонизацию бывшей метрополией. Движение Майдана 2004 года с его чистыми намерениями и надеждами (это после 13 лет независимости) не было подкреплено никакими позитивными изменения и быстро сошло на нет.

Если смотреть на расстоянии, в сценарии прогрессирующего упадка, который давал основание недоброжелателям употреблять в отношении Украины презрительное определение failed state, не было ничего удивительного: инфантильное, развращенное страхом и апатией общество не имело шансов справится с паданием устаревшей командной системы и не менее устаревшей военной экономики. Исторический опыт Европы, Азии, Африки, Латинской Америки доказывает, что новое государство редко показывает образцы честности и эффективности, для взросления нации нужны десятилетия и даже столетия.

Странно другое: несмотря на нахальное лицемерие официальных отношений в Украине постепенно созревал тип гражданина. Будем искренны: зрелость украинцев во время Евромайдана была сюрпризом не только для сторонних наблюдателей, а и для самих участников акций протеста. Но ничего не возникает из ничего, внутренняя готовность к ответственности либо есть либо нет. Тут оказалось, что она есть. На поверхность вышел процесс, который казался маргинальным: представители старшего поколения, которые два десятилетия тому были, мягко говоря, равнодушны к национальной идее, оказались последовательными патриотами, а молодые люди, которые казалось бы, воспитаны на суррогатных ценностях – носителями настоящими.

Так были задействованы глубинные слои коллективного подсознательно – те, про какие мы сами не догадывались. Для этого вместо коллективного психоанализа потребовались коллективные испытания. Появились загнанные вглубь навыки индивидуальной свободы, взаимодействия в рамках демократических процедур, ориентация на кодифицированные законами нормы, и в конце-концов осмысления себя как единого целого, то есть нацией. Стало ясно, что тогда, на заре независимости, были правы не утомленные скептики, а наивные пассионарии: украинское общество существует настолько, насколько оно является носителем совместной системы координат, культурно-исторической матрицы, опыта поколений, в частности и в завоевании собственной воли. Стояние под пулями на киевских баррикадах или выдержка под залпами реактивных систем в донецких окопах – это не чудо, не случайность, не капризность политической коллизии. Это результат спрятанной от глаз преемственности. Да, мы должны поблагодарить ненасытным феодалам и имперскому монстру, которые помогли ей выйти на поверхность, но она была нашей совместной доминантой. Не будем жаловаться что что-то получили за так: нынешние жертвы – продолжение сознательно принесенных многими поколениями предков. И от нас зависит, будут ли эти потери последними.

Популярно