Новости

2018.03.28 10:01

Натaлья Фролова: я такого в России не помню

Я не могу смотреть российские госканалы – и в этом нет смысла. Я все время листаю ленту ФБ. В ней рыдают, задыхаются от отчаяния даже взрослые мужчины. Это коллективный вой загнанной в клетку волчицы, у которой на глазах убили детенышей.  

Я пишу это, чтобы литовские коллеги-журналисты и просто жители Литвы поняли: такой реакции на очередной, казалось бы, трагический случай в России не было. Это невероятно больно. Так больно, что хочется поделиться и поплакать вместе.
 
Лев Рубинштейн, писатель:
 
«Целый день болит сердце. Буквально, физически… Я могу думать - причем неотвязно - только лишь о последних минутах в короткой жизни этих детей. А также я пытаюсь зачем-то взнуздать остатки воображения и представить себе, что творится с их родителями. Пытаюсь, пытаюсь представить себе, и ничего не получается.
И сердце болит. И ничего не получается».
 
О нестерпимой боли пишут даже те, кто по роду занятий повидали много смертей.
 
Нюта Федермессер, Фонд помощи хосписам ВЕРА:
 
«Я не могу работать, дышать, жить не могу сегодня... и пусть долго ещё не смогу. Это должно быть больно. Это должно болеть. Сильно. Без обезболивания. Кемерово… иногда прощать нельзя…»
 
Татьяна Толстая, писательница и телеведущая:
 
«Сила этого горя какая-то совсем непереносимая, крушит и расплющивает».
 
Сила эта расплющила и меня. Я старалась сдерживать слезы. А сердце тоже ныло, физически. Умом невозможно постичь произошедшее: запертые в горящих кинозалах дети, закрытые пожарные выходы, медленное подтягивание пожарных, якобы выключивший пожарную сигнализацию охранник и тут же подсуетившиеся собиратели денег «в помощь пострадавшим».
 
Я не могу понять, почему так больно именно сейчас. Почему столь многих в России потрясла эта злосчастная «Зимняя вишня»? Почему именно сейчас людей возмутило молчание Путина с компанией, не доехавший со своим кортежем губернатор Тулеев, молчание федеральных СМИ (не понявших, по словам Пескова, масштаб катастрофы), а теперь еще требование от родителей погибших детей подписывать бумагу о неразглашении?
 
Почему именно сейчас чья-то иницитива на change.org - «в связи с пожаром в Зимней Вишне, проверить ведомства, разрешившие эксплуатацию здания», набирала подписи с такой скоростью? Вчера на моих глазах буквально за час подписи поставили 40 тысяч человек. Сегодня утром было уже свыше 150 000 подписавших.
 
Почему именно сейчас все ощущают это как общенациональную, а не только кемеровскую, трагедию и объявляют свой траур – национальный или частный?
 
Я не знаю, как российский режим, выдавивший из уставшего и боящегося любых перемен населения России победу на выборах, выйдет из этого траура.
 
Это приговор гнилой системе, которая, как и этот торговый центр – советская фабрика, приукрашенная современными панелями, сгорит очень быстро и в какой-то момент рухнет. Только в горящей ловушке окажутся не те, кто ее строил, а те, кто так боялся перемен. И от этого еще страшнее и больнее.
 
Очень прошу, помолитесь за Кемерово и вы.
 

 

Война России против Украины
BBC NEWS РУССКАЯ СЛУЖБА
В 2020 году Уэст тоже участвовал в президентских выборах, но только один раз встретился с избирателями и на встрече заплакал, говоря об абортах
BBC NEWS РУССКАЯ СЛУЖБА
Война России против Украины
BBC NEWS РУССКАЯ СЛУЖБА