Проведённое по заказу Департамента по делам национальных меньшинств исследование указывает на то, что украинские беженцы в Литве сталкиваются с проблемами жилья, языкового барьера и трудоустройства.
Данные исследования указывают на то, что самыми большими проблемами для военных беженцев из Украины являются жилищная проблема, c ней сталкиваются 28,2% украинцев, с проблемой языкового барьера сталкиваются 20,3%, проблемы с трудоустройством испытывают 14,4%, с материальными трудностями сталкиваются 13% украинцев в Литве, а морально-психологические проблемы испытывают 11,9%.
Глава Департамента по делам национальных меньшинств Вида Монтвидайте говорит, что проведённое, совместно с коллегами из Латвии, Эстонии, Молдовы и Украины, исследование было приурочено к годовщине начала российского полномасштабного вторжения. Его целью являлось не просто изучить положение, в котором прибывают украинцы в Литве, но и понять, как жители нашей страны оценивают помощь украинцам. Руководительница департамента говорит, что поддержка Украины и украинцев в Литве сохраняется высокой, в то же время, и сами украинцы чувствуют себя комфортно в литовском обществе.
«Абсолютное большинство, более 80% украинцев говорили, что за этот год они никогда не испытывали неприязни на национальной почве, не были обижены, никаких не было конфликтов из-за национальности. Это показывает зрелость жителей Литвы. Похожими ответы литовского общества были на вопрос: „Как вы оцениваете украинских беженцев?“ Цифры указывают, что люди позитивно смотрят на украинских беженцев. И считают, что Литва всё хорошо делает, и должна приложить все усилия, чтобы помогать украинцам (более 40% опрошенных полностью согласны с утверждением, что Литва должна помогать украинцам всеми способами)», – говорит В. Монтвидайте.
В то же время результаты исследования указывают на то, что позитивно жители Литвы относятся не ко всем беженцам. Жить по соседству с украинцами опрошенным комфортнее, чем с беженцами из других стран. В исследовании был вопрос: «Думаете ли вы, что беженцы из Украины ближе, чем другие беженцы?» Большинство респондентов отвечали отрицательно.
«Мы говорили об этом с коллегами из других стран, проявление ли это расизма и почему общества наших стран себя так чувствую и пришли к выводу, что это происходит не только в Литве, во всей Европе похожие цифры. А то, что касается позитивной оценки украинских беженцев в Литве, то это ощущение общей истории, общего врага. Понимание, что агрессия может повториться, и это как раз нас всех объединяет, чтобы больше помогать украинцам», – считает В. Монтвидайте.
Данные исследования также указывают, что более 60% украинцев планируют вернуться домой, после окончания войны. Однако треть опрошенных не думают возвращаться обратно в Украину. По словам главы департамента по делам национальных меньшинств, граждане Украины, проживающие в Литве мотивированы учить литовский, к тому же им удаётся интегрироваться в литовское общество. Похожие тенденции наблюдаются и в соседних государствах.
«В эти дни мы проводим экспертные встречи с коллегами из Эстонии и Латвии. Так вот, эстонцы вообще думают, что не треть, а где-то половина украинцев, которые приехали в Эстонию, там останутся. Например, Финляндия хотела помочь Эстонии и принять 107 украинцев к себе, обеспечить их жильём, работой, и никто не поехал, потому что люди себя комфортно чувствуют, у них есть возможность общаться на русском языке. Это интересный феномен, что язык, который ассоциируется с болью, с ненавистью, врагом, остался мостом для общения и поиска путей для жизни в странах, где на нём говорят», – говорит В. Монтвидайте.
Почему люди хотят остаться?
Желание украинцев остаться в странах Балтии, после окончания войны, Юлия Тищенко из украинского независимого центра политических исследований обусловливает несколько факторами, один из которых – открытый мир и его возможности: «Часть людей, я думаю, могла давно испытывать разные мысли по поводу эмиграции из Украины. И война реализовала эти намерения. <…> [В дальнейшем] человек нашёл здесь более адекватную работу. Сейчас мы видим, что мир открытый и к украинцам, и к литовцам, да и это в общем то достаточно нормально, когда люди, особенно молодые, ищут разные работы и возможность реализовываться в разных специальностях, разных странах».
В то же время Ю. Тищенко говорит, что многим украинцам просто некуда вернуться из-за разрушений, к тому же люди пережили травмирующий опыт, который они хотя забыть.
«Их жизнь была разрушена, у них могло там не остаться ни домов, ни собственности, ничего. Собственно, никаких компенсаций они за это тоже не получили. Есть ещё часть людей, которым на фоне произошедшего, страшно вернуться туда, где они пережили весь этот шок».
Одной из проблем, с которыми сталкиваются украинские беженцы, является изучение языка.
«Без знания литовского очень сложно найти нормальную работу, продвигаться, чувствовать себя уверенно. Я не уверена, что года в этой истории было бы достаточно для хорошего изучения», – говорит Ю. Тищенко.
На это указывают и результаты исследования, а глава Департамента по вопросам национальных меньшинств В. Монтвидайте упоминала журналистам, что Литве нужно организовывать больше бесплатных курсов для изучения литовского, потому что у многих беженцев нет возможности платить за обучение.
Опыт других стран
Представительница министерства культуры Латвии Елена Шайцен, тоже работавшая над исследованием, говорит, что латвийское правительство уже реализовывает оплачиваемые государством проекты, помогающие украинцам выучить латышский.
«Государство выделило в этом году 4 миллиона евро финансирования, чтобы проводить бесплатные курсы латышского языка для украинских беженцев. Уровень языков разный в зависимости от уже имеющейся знаний, так как есть люди, которые уже получили уровень А1 или А2, они могут продолжить учиться. Курсы будут доступны во всех регионах Латвии, потому что конкурс объявлен для всех возможных участников негосударственных организаций, школ, университетов, частных учебных центров. То есть все участники, которые имеют лицензированные программы преподавания латышского языка, могут подать заявки в конкурс и получить финансирование, чтобы проводить бесплатные курсы для украинцев. Это касается взрослого населения», – говорит Е. Шайцен.
В Литве тоже существуют бесплатные курсы по изучению языка, но в связи с огромным спросом и проблемами как раз с финансированием, украинские беженцы с трудом могут ими воспользоваться.
К тому же несколько месяцев назад многие украинские беженцы стали получать уведомления, что им вскоре придётся сдавать экзамен по литовскому языку.
Опыт Молдовы, где сейчас находится около 100 тысяч украинских беженцев указывает на то, что знание румынского языка для жизни и работы в стране не обязательно.
«Чтобы жить и работать в Молдове не требуется на сегодняшний день знания румынского языка. Мы были рады, что многие из беженцев выразили просто добровольное желание изучать румынский, и государство дало им эти курсы они, конечно, были маленькими, но они всё равно удовлетворили часть потребностей. Сейчас в Молдове реализуется национальная программа по изучению румынского языка для всех национальных меньшинств, в том числе и для беженцев», – говорит директор молдавского агентства межэтнических отношений, Дмитрий Мороз.
