«Я очень плотно общаюсь с литовцами, провожу мастер-классы для беженцев из Украины. Но, вы знаете, я сейчас не могу припомнить ни одного украинца, который бы родился здесь, в Литве», - говорит киевлянка Наталия Диденко, которая вдохновение этой зимой черпает из Паланги – местных жителей, Балтийского моря и ветра.
«LRT Новости» предлагает вашему вниманию проект «Новые и старые: украинцы, русские, белорусы», в рамках которого мы расскажем истории условно новых (приехавших) и старых (родившихся или долго живущих) жителей Литвы разных национальностей. Нас также интересовал вопрос, а есть ли между ними контакт - общаются ли «новые» и «старые» между собой?
Танго с реальностью
В последние дни и даже ночи художница Наталия Диденко приходит к военному кораблю в Клайпеде – на нем открылась выставка ее парящих на ветру «Мелодий». Художница говорит, что видит в этом большую символику – ведь и война в Украине, можно сказать, началась с попытки захватить Змеиный остров, моряки которого послали российский военный корабль на три буквы…
Сейчас на военном корабле в Клайпеде «Sūduvis» в столкновении с ветром развеваются 10 ее абстрактных скульптур - здесь художница представляет свой антивоенный проект «Столкновение»: «Все это чистая красота, чистая эстетика, чистое искусство».
«Если развернуть шире, то военный корабль – это символ войны как таковой. И тут важен момент столкновения, когда искусство заходит на территорию войны и просто присутствует. Возникают вопросы: Что будет дальше? Каков будет результат? Кто победит?», - задается вопросами в интервью LRT.lt художница.
Наталия вспоминает, что в первые дни войны она находилась в ступоре, и это состояние до конца не ушло, но дало толчок к психологической трансформации.
«Эти скульптуры относятся к серии «Танго с реальностью». Это тоже очень интересная концепция. Когда нет возможности контролировать реальность, а у меня, допустим, лично нет такой возможности, и с ней невозможно бороться, ей невозможно противостоять, то надо с ней как-то по-другому. То есть это уже такая реальность, которую не продавишь, не пробьешь…
И отсюда появился символ танго. Танго я танцую давно. Танго — это взаимодействие без борьбы, но с некоторым элементом сопротивления проявлению партнера. И тогда возникла идея, а что, если с реальностью танцевать? Уже не бороться, ведь ты видишь, что тебя просто раздавит эта реальность, если продолжать бороться, но есть какие-то другие возможности взаимодействия. То есть с реальностью можно танцевать танго», - говорит Наталия.
Это не значит, что ты полностью теряешь себя, подчеркивает художница - ты активен, ты танцуешь, но ты танцуешь, а не борешься. «И в принципе, это уже концепция жизни. Можно сказать, именно ее я сейчас пробую на себя», - рассуждает она.
«В каждой "Мелодии" есть и свобода, и недосказанность, и вместе с тем много содержания - на каждую смотришь и невозможно оторваться. <…> Да и на корабле надо постоянно двигаться, ходить по трапам, постоянно держаться за поручни, смотреть, куда ты ставишь ногу, а над тобой висят эти скульптуры...
Это такое, знаете, наслоение смыслов, когда у нас столкновение не только того, о чем я рассказала, но и столкновение, скажем, зрителя и чистого искусства. И если вернуться к самим скульптурам, то постоянно меняется освещение - то вечер, то утро, то ночь, а они подсвечены. И они живые, благодаря этому. В Клайпеде несколько дней был дождь, и они в каплях дождя тоже по-другому выглядят. То есть я как бы эти мелодии выпустила в жизнь, и они звучат-звучат-звучат», - говорит художница.
Киев: роман с вытынанкой
Наталия – уроженка Киева. Там она закончила Национальный технический университет Украины по специальности художник-график полиграфии. И именно там заинтересовалось техникой вытынанки. Вытынанка - это разновидность рукоделия, которая основывается на вырезание узоров из обычной бумаги.
«Интерес к вытатанке у меня был с детства. А в университете у меня был куратор курса, он как раз занимался вытынанкой, выставки устраивал, он и нас вдохновил этим заниматься. Тогда в Украине этот жанр был очень мало представлен, то есть там он почти практически забыт - это редкий жанр, сейчас только начал возрождаться. Вытынанка требует большого мастерства, надо много пробовать и ошибаться», - рассказывает художница.
Наталия занималась иллюстрированием книг, пробовала себя в разных профессиях - работала фотографом и даже архитектором.
«Иллюстрировала я в основном детскую литературу, больше всего я люблю придумывать сюжеты и персонажей. В детской иллюстрации большой простор для деятельности. Я иллюстрировала развивающую литературу для детей, а потом самостоятельно выпускала собственные книги», - вспоминает свой творческий путь художница.
Наталия написала «Пластилиновые истории. Чудеса из пластилина». Ее авторству также принадлежат книги по аппликации, новогодним подаркам и несколько серий раскрасок.
«Каким было 24 февраля, я уже не вспоминаю. Видимо, это защита какая-то, чтобы этого не вспоминать. Это был ступор, состояние неизвестности, будто обухом по голове. То есть было такое ощущение, что жизнь остановилась», - вспоминает она.
По ее словам, в первые дни войны в мыслях была полная неразбериха, а вокруг – много противоречивой информации. Кто-то из друзей уехал, а кто-то, наоборот, принципиально не собирался уезжать и включился в волонтерство и территориальную оборону.
«А в середине марта был момент, когда угроза оккупации Киева стала реальной. То есть уже очень близко подошли российские войска к Киеву и уже бомбили. Разбомбили пригороды - Ирпень, Бучу и другие. И уже постоянно все гремело. До Киева им сначала 40 километров оставалось, потом уже 20. Вот под этим давлением я и решила, что пора уезжать», - говорит Наталия.
Вильнюс - Клайпеда - Паланга
Наталия из Киева на поезде доехала до Львова, а оттуда, прямо от литовского посольства, шел автобус на Вильнюс.
«Почему Литва? Это скорее было такое интуитивно решение. Здесь я раньше не бывала. Я так себе рассудила, что наши страны имеют какое-то общее прошлое - советское прошлое, да и плюс Великое княжество Литовское. И русский язык здесь многие знают. Я английского не знаю, и я подумала, что как раз тут много русскоязычных, по крайней мере тех, кто понимает и говорит по-русски», - говорит Наталия.
Из Вильнюса она переехала в Клайпеду, из нее - в Палангу. Говорит, что в большом городе не хотела оставаться, ведь и профессия не требует пребывания в столице, скорее наоборот – художнику надо больше свободы.
«Я продолжаю работать как свободный художник. Летом я получила грант Совета культуры Литвы. Проект назывался «Искусство во время войны», это культурно- образовательный проект, связанный с вытынанкой, вырезанием из бумаги. Я плотно занимаюсь им последние пять лет творческого пути. И этот проект включал в себя создание авторских художественных произведений в данной технике, выставочную и образовательную деятельность. То есть я проводила мастер-классы и для детей, и для взрослых», - говорит художница.
Наталия говорит, что начала серию работ - "Военный альбом", в который попадают какие-то рефлексии, воспоминания о прошлом, а также мечты о будущем.
«Ступор и скованность еще присутствуют. Это ощущение неуверенности, подвешенности, которое отрубает, по сути, вдохновение. Потому что вдохновение — это когда ты имеешь опору и можешь оттолкнуться. Когда опоры нет, то судорожно ее начинаешь искать и создавать ее каким-то образом. А на это уходит, конечно, много сил, энергии, времени.
А вдохновение черпаю из моря, общения с природой, людьми. Это очень, конечно, отключают от тяжелых мыслей, да и помогает соединиться с собой и со своей душой. Потому что мое творчество и искусстве здесь, в Литве, очень нравится. И когда арт-куратор говорит, насколько прекрасны те вещи, которые я делаю, и это не простой зритель, то, конечно, это очень вдохновляет», - говорит украинка.
В прошлом году стипендии получили более сотни украинских художников, бежавших от войны и получивших убежище в Литве. Как сообщает Совет по культуре Литвы, с апреля по декабрь 2022 года ведомство предоставило стипендии 133 украинским деятелям искусств, которым будет выплачено в целом почти 240 тысяч евро. В общей сложности было получено 168 заявок.
«Не могу вспомнить ни одного родившегося в Литве украинца»
Находясь в Литве, Наталия по роду деятельности пересекается с предстателями мира искусства Литвы, это в основном организаторы и кураторы выставок, работники библиотек, музейные работники.
В мастер-классах также участвует большое количество украинских беженцев, но женщине до сих не привелось встретить ни одного местного украинца. Тем временем по данным переписи 2021 года, в Литве проживает 14 200 местных украинцев, что составляет 0,5 проц. всех жителей страны.
«Я очень плотно общаюсь с литовцами, провожу мастер-классы для беженцев из Украины. Но, вы знаете, я сейчас не могу припомнить ни одного украинца, который бы родился здесь, в Литве», - признается Наталия.
«Я проводила мастер-классы в Центре национальных культур в Клайпеде, и там уже были не только украинцы, но и все нелитовцы – выходцы из Казахстана, крымские татары, русскоязычные национальные меньшинства. А уже если местные библиотеки или подобные заведения и учреждения организовывали мероприятия, то их участниками были литовцы. И вот как-то действительно не могу вспомнить ни одного украинца, который бы здесь родился», - говорит Наталия.
Общее же впечатление о Литве у нее позитивное, а негативные ощущения происходят скорее от того, что женщина вынуждена искать себя и адаптироваться в чужой стране.
«Мне люди очень нравятся, нравится их менталитет, доброжелательность и юмор. И вместе с тем - уважение к личным границам, деликатное отношение между людьми. Дистанция очень нравится. Скажем так, что Литва не только не разочаровала, а наоборот, очаровала и очень понравилась и продолжает нравиться», - заключает свой рассказ Наталия.
