Новости

2021.02.06 13:05

Как Йонас Грицюс был врагом Элизабет Тейлор

Одно из последних интервью с литовским киномастером
Олег Курдюков, телепрограмма "Русская улица", LRT.lt2021.02.06 13:05

В минувший понедельник в Вильнюсе на 93-ем году жизни скончался кинооператор Йонас Грицюс. Он был легендой не только литовского, но и российского кинематографа, снявшем такие знаковые фильмы, как «Никто не хотел умирать», «Девочка и эхо», «Король Лир», «Гамлет», «Синяя птица». Одно из своих последних больших интервью в 2019 году мастер дал программе телевидения LRT «Русская улица».

- Видите ли, о современном литовском кино у меня нет права ни судить, ни комментировать. Потому что я плохо слышу, плохо вижу... Поэтому своё мнение оставлю при себе.

Такими словами предварил нашу беседу легенда литовского кинематографа оператор Йонас Грицюс. Зато то, что было раньше, маэстро Грицюс помнил прекрасно и охотно об этом рассказывал. Например, о встречах со своим тёзкой и соотечественником Йонасом Мякасом.

Впервые им довелось пообщаться в давние советские времена в Москве во время Московского международного кинофестиваля, на котором «крёстный отец американского киноавангарда» Йонас Мякас был аккредитован в качестве журналиста издания «Film Culture».

- В Советском Союзе – подпольное американское кино. Это же очень интересно! - вспоминал Йонас Грицюс. - В Москве, конечно, были люди, понимавшие по-английски, но очень немного. Сравнительно немного. Мы с Раймондасом Вабаласом тоже были зрителями на этом фестивале. Встретились во время завтрака в гостинице «Россия» с Йонасом Мякасом. Услышав, что мы с Мякасом говорим по-литовски, вокруг нас быстро образовалась группа киножурналистов, и мы с Вабаласом стали переводчиками.

Киножурналисты, теоретики, критики спрашивали Мякаса о его деятельности. Мякас рассказывал, ругал «этот Голливуд». И кто-то из журналистов спросил: «Ну, хорошо, а как вы оцениваете советское кино?» - «Советское кино? Так хуже этого кино вообще ничего не может быть!», - ответил Мякас. И все прекратили записывать.

Когда мы вышли, хотели отвести его в Пушкинский музей. Пушкинский музей был закрыт. А это – июль месяц или конец июня… Жаркое лето… Йонас говорит: «Хочу выпить пива». Мы с Вабаласом прекрасно знали, что в Москве получить пиво, да ещё в такое время, очень сложно. Пивные были, но где их найдёшь? Ну, пытаемся поискать. В конце концов, находим яблочный сок, который из стеклянных конусов наливают на улице. А яблочный сок на раскалённом солнце немножко подкис… Словом, может, жажду Йонас и утолил, но чтобы удовольствие получить – сомневаюсь.

Но открутим плёнку назад – в ещё более давние времена. В 1948 году молодой литовец, сын писателя Аугустинаса Грицюса Йонас Грицюс отправляется покорять Москву. Он поступает на операторский факультет ВГИКа – Всесоюзного государственного института кинематографии.

- Перед поступлением в институт я знал русский язык, читал журналы «Искусство кино» и «Советский экран», так что знал фамилии режиссёров и операторов, знал рецензии на фильмы. Перед Второй мировой войной советское кино очень высоко котировалось. Там были и Ромм (с двумя буквами «м»), и Роом (с двумя «о»), и Пырьев, и Пудовкин, и Сергей Эйзенштейн. Но Сергей Эйзенштейн умер в 1948 году, я уже его не застал…

С 1948 года ВГИК переживал период расцвета, так как все эти режиссёры стали там преподавать. Другое дело, что не все выдающиеся мастера могли быть педагогами. Педагогика – это тоже искусство. Не каждый певец может быть учителем пения. Если не ошибаюсь, тенор Паваротти не знал нот, хотя Бог дал ему фантастический голос. Он вряд ли смог бы стать преподавателем, но пел фантастически. Точно так же и здесь.

Годы спустя, в 2004 году, Йонас Грицюс будет удостоен звания почётного доктора ВГИКа.

Оператор подчёркивал: желая сделать удачную карьеру, нужно оказаться в нужное время в нужном месте. После третьего курса учёбы ему повезло познакомиться со знаменитым советским кинооператором Андреем Москвиным. Портрет старшего коллеги Грицюс до конца своих дней хранил дома на видном месте.

В течение трёх лет на киностудии «Ленфильм» молодой литовец проработал ассистентом Москвина, а во время съёмок «Дон Кихота» стал уже вторым оператором. Режиссёром «Дон Кихота» был классик советской кинорежиссуры Григорий Козинцев.

Йонас Грицюс вспоминал Григория Козинцева как чрезвычайно требовательного мастера.

- Козинцев был очень требовательным, в том числе и к самому себе. Почти после каждого просмотра рабочего материала Козинцев говорил Москвину: «Знаете, Андрей Николаевич, меня очень огорчил увиденный материал». Так Москвин потом звал его на просмотр рабочего материала: «Пойдёмте поогорчаемся».

В 1961 году Москвин умер, и однажды вечером звонит телефон. Сотрудница Козинцева: «Ты не согласился бы снять «Гамлета»?» Если бы сегодня… Ну, сегодня я вообще-то не очень уже и ходить могу... Но, в принципе, если бы сегодня мне это сказали, я бы попросил: «Дайте 24 часа на раздумье!» А тогда, как только я услышал это приглашение, сразу воскрикнул: «Да!» На следующий же день сел в поезд и поехал. Производство фильма уже было начато. Смоктуновский был утверждён в качестве исполнителя, а вот с Офелией была беда...

Дело в том, что Офелия, по мысли Шекспира, должна быть совсем юной девушкой. Между тем, воплотить этот сложный образ на экране под силу только опытной актрисе. Йонасу Грицюсу была поставлена задача максимально «омолодить» Анастасию Вертинскую. И он с этим великолепно справился: придумал какие-то драпировки из тюля, специальное освещение…

После первого просмотра рабочего материала режиссёр Григорий Козинцев сказал своему ассистенту: «Ну, слава Богу, есть у нас и Офелия, и оператор».

Когда в 1969 году Козинцев решил снимать экранизацию другого шекспировского шедевра – «Короля Лира», он уже без всяких сомнений сразу пригласил в качестве главного оператора Йонаса Грицюса. Эта картина стала «лебединой песней» Козинцева и одной из лучших лент в его фильмографии.

Оператор Йонас Грицюс плодотворно работал и у себя на родине. Это его камерой снята знаменитая картина Витаутаса Жалакявичюса «Никто не хотел умирать», которая стала самой кассовой из всех литовских лент. В прошлые годы фильм нередко называли образцом «советского вестерна», а в новые времена его зачастую критикуют за оправдание советизации.

Драматическую тему «становления советской власти» поднимал и другой фильм, снятый оператором Грицюсом, - «Лестница в небо» (режиссёр Раймондас Вабалас). В нём тоже показано, как «буржуазные националисты» пытаются помешать литовскому народу строить «светлое будущее».

Йонаса Грицюса очень удручало сегодняшнее отношение к этим картинам.

- Я написал такую статью и отослал её (но её не напечатали) – «Существует ли малая ложь?» Ведь если вы полистаете и центральную (московскую) печать, и литовскую печать за период с 1944-го по 1960-ый год, вы не найдёте нигде ни одной строчки о партизанской войне в Литве. Это была запретная тема! Сталин запретил о ней упоминать! И только Миколас Слуцкис, написав «Лестницу в небо», впервые упомянул, что были в Литве и партизаны, и так называемые «истребители» («стрибукай»).

Роман «Лестница в небо» перевели на русский язык, и журнал «Дружба народов» (мне кажется) напечатал этот перевод. Вабалас со Слуцкисом сели, написали сценарий и направили его в Госкино. Ведь Литва не решает таких вещей – решает Москва.

Сценарий удалось «пробить», и фильм был снят. Камера Грицюса не особенно заостряла внимание на жестокости так называемых «лесных братьев», зато с особой любовью и поэтичностью фиксировала виды литовской столицы с самых невероятных ракурсов…

Талант Грицюса-лирика особенно проявился в фильме Арунаса Жябрюнаса, который в литовском прокате назывался «Последний день каникул», а за пределами Литвы – «Девочка и эхо». Cценарий был написан по мотивам новеллы «Эхо» российского писателя Юрия Нагибина. Съёмки намечались в Крыму. Директором Литовской киностудии был тогда Юлюс Лозорайтис.

- Я вернулся уставший после съёмок «Гамлета», думаю: «Ну, будет у меня лето», - вспоминал Йонас Грицюс. - Юлюс Лозорайтис меня вызывает и говорит: «Если ты поедешь с Жябрюнасом, тогда запускаем фильм. Если не поедешь – не запускаем». Жябрюнас – мой друг и собутыльник, – ну как бросишь в беде?

Эта удивительная лента, снятая в рекордно короткий 10-дневный срок, неожиданно для авторов была удостоена специальной премии жюри XVIII Международного кинофестиваля в Локарно. А потом на VI Международном фестивале детских фильмов в Каннах получила Большую премию. Но режиссёр и оператор узнали о награде лишь постфактум: за премией, как это нередко бывало, отправились чиновники от кино.

Йонасу Грицюсу довелось общаться и со звёздами мирового уровня. Например, с Элизабет Тейлор. Он снимал её в советско-американском фильме «Синяя птица» по одноимённой пьесе Мориса Метерлинка. По словам оператора, уже с первой минуты он стал для актрисы врагом. Тейлор появлялась на съёмочной площадке с изысканным макияжем, хотя должна была играть бедную мать. Грицюс начинал было протестовать, но американский режиссёр вставал на сторону актрисы. А ещё хуже, говорит оператор, было то, что Элизабет Тейлор сильно выпивала: «Бывало, звонишь ей в гримёрку за пять, за три минуты до съёмки, - а она не появляется и через 15».

В последний раз с российскими кинематографистами Йонас Грицюс сотрудничал в 1984 году. Режиссёр Алексей Симонов (сын знаменитого поэта Константина Симонова) пригласил его снять на Литовской киностудии фильм «Отряд».

- Когда мы с Алексеем Симоновым начали снимать «Отряд», он кое-как отвоевал, чтобы дали нормальный экран – не широкоформатный, а нормальный. Отсняли актёрские пробы, и я говорю: «Знаете, Алексей, фильм о войне надо снимать не в цвете». И Лёша говорит: «Не отвоюю. Уже Госкино утвердило, что должно быть именно так. Сделаем вот что. Там, где напряжённые моменты, – снимаем в чёрно-белой гамме, а весь фильм – в цвете».

Режиссёр Алексей Симонов вспоминал, что во время съёмок «Отряда» хватало и курьёзных моментов. Солдат для массовки съёмочная группа одалживала в советской воинской части, дислоцированной на границе с Белоруссией. Симонову потребовалось 40 статистов для изображения немцев. Привели солдат, и режиссёр остолбенел: это же татарское нашествие, а не германская армия! Пришлось ему впервые, как шовинисту, распределять: блондины – налево, брюнеты – направо…

В 1991 году судьба вновь уготовит Алексею Симонову встречу с Литвой. Уже в качестве президента Фонда защиты гласности, он будет участвовать в организации масштабного митинга протеста в Москве, будет забрасывать Кремль, Гостелерадио и министерство печати СССР требованиями вернуть литовским журналистам захваченный телецентр. Симонов придерживался той же позиции, что и его коллега Йонас Грицюс, рассуждавший в интервью программе «Русская улица»:

- Кино и телевидение… Скажем, когда в 1917 году Ленин совершил переворот, то он занял телеграф и почту. А 13 января 1991 года русская армия не шла ни на телеграф, ни на почту, а шла на телевидение. Телевидение стало главным СМИ.

Выдающийся кинооператор являлся ещё и автором интереснейших мемуаров, в которых честно, иногда самокритично, рассказывал о своём времени и своём кино. Хотя маэстро и сетовал на плохое зрение, он мог бы, подобно своему персонажу королю Лиру, сказать:

- Чудак! Чтоб видеть ход вещей на свете, не надо глаз!

Mums svarbus tikslumas ir sklandi tekstų kalba. Jei pastebėjote klaidų, praneškite portalas@lrt.lt
Сергей Лавров
BBC NEWS РУССКАЯ СЛУЖБА
Сергей Лавров
BBC NEWS РУССКАЯ СЛУЖБА