Новости

2020.10.14 16:20

Шахтер "Беларуськалия" бежал в Литву: диалог в тюрьме не ведется

Наталия Зверко, LRT.lt2020.10.14 16:20

«Режиму конец, победа за нами, но вряд ли мы можем говорить о краткосрочной перспективе», - говорит 32-летний белорусский шахтер Глеб Сандрас, который 7 сентября бежал из родной страны в Литву. 

Глеб – работник одного из крупнейших не только в Беларуси, но и во всем мире производителя калийных удобрений «Беларуськалий». Он родом из Солигорска, молодого города, основанного примерно 60 лет назад. Солигорск возник в связи с открытием и промышленной разработкой калийной соли. Более 90 процентов в общем объеме производства города занимает продукция компании «Беларуськалий». В компании работает 20 тысяч человек.

Сейчас предприятие переживает не лучшие времена. Как сообщает белорусская пресса, чистая прибыль в химической промышленности Беларуси в 2020 году сократилась в 5,5 раза. А основной провал по прибыли обеспечил «Беларуськалий»: в Солигорском районе прибыль уменьшилась в 6,9 раза до 122,9 млн белорусских рублей.

Требования – отставка Лукашенко и честные выборы

Глеб все еще считается сотрудником «Беларуськалия», хотя уже несколько месяцев не работает и не получает зарплату. В интервью LRT.lt он рассказал, как вместе с коллегами пытался убедить руководство пойти навстречу протестующим, однако чуть сам не угодил за решетку.

«Я с 16 лет был политически активен, ходил на массовые акции, не скрывал свою позицию, но столько лет неудачных попыток что-то изменить привели к некоторой апатии. До 9 августа я не представлял себе, что я решусь на такой шаг – отказаться в качестве протеста от работы», - говорит шахтер.

Он рассказывает, что 14 августа работники предприятия «на волне эмоций и недовольства» тем, что произошло на президентских выборах, организовали встречу с генеральным директором предприятия Иваном Головатовым – показывали травмы, полученные 9 августа, а также передали директору свои требования.

«Их суть имела политический характер – отставка Лукашенко, честные выборы, освобождение политзаключенных. Все понимали, что эти требования не могут быть выполнены прежде всего директором. Он является сенатором и входит в нижнюю палату парламента. Директор просил не останавливать производство. Его обвиняли в том, что он как сенатор не был в центре города и не остановил насилие», - рассказывает Г. Сандрас.

Он свидетельствует, что работники предприятия стали ежедневно собираться на площади, звучал призыв не работать, но руководство компании все же сумело их переубедить.

«И большинство вышли на работу. Те же, кто твердо стояли на своей позиции, как не ходили, так и не ходят и все они подверглись репрессиям», - констатирует шахтер, который был избран пресс-секретарем стачного комитета преприятия.

Сесть на очень большой срок - до 10 лет

29 августа Глеб собирался отправиться в Минск, однако когда он вышел из подъезда, его задержали сотрудники милиции в гражданском, отвезли в солигорский РОВД и составили протокол по статье «Участие в несанкционированном мероприятии».

«В кабинет зашел начальник милиции и сказал, что у него серьезный разговор ко мне. Мы пошли к нему в кабинет и он сказал, что у меня есть выбор – перестать заниматься тем, чем я занимаюсь, или сесть на очень большой срок, вплоть до 10 лет. За какую статью – придумают, найдут, за что. В итоге они заставили меня перевести часть денег, собранных на моей карте для Фонда солидарности с бастующими шахтерами, на благотворительность и отпустили», - рассказывает Глеб Сандрас.

Спустя несколько дней он пришел в офис предприятия и рассказал обо всем, что произошло. Вместе с коллегами они сходили в банк и сняли деньги, чтобы раздать шахтерам.

«31 августа я уехал из города. А 1 сентября мне позвонила девушка, представилась сотрудницей отдела по борьбе с экономическими преступлениями Солигорского района и просила дать некоторые объяснения – я сказал, что я не в городе и не скоро вернусь. До 7 сентября я еще был в Беларуси, залег на дно, а 7 сентября уехал в Литву», - говорит беженец.

Глеб отправился в посольство Литвы, чтобы подать на визу «Д», но там была большая очередь. Ему же надо было спешить.

«У меня же была шенгенская виза. Мне сказали, что я могу ехать с этой визой и на границе меня пропустят по специальному списку, который утверждается МВД Литвы. На границе меня высадили из автобуса, поскольку эти списки еще не были готовы. Я подождал часов 7 или 8 в центре для политбеженцев и вечером, когда пришло письмо министра внутренних дел Литвы, приехал в Литву. Подал на визу «Д» и недавно ее получил», - рассказывает о своем пути в Литву шахтер.

По его словам, в данный момент ему помогает Фонд бойцов. Глеб проживает в Вильнюсе в гостинице, а в будущем планирует снимать квартиру.

Мои коллеги из «Беларуськалия» живут в своем коконе

13 октября бывший кандидат в президенты Беларуси Светлана Тихановская озвучила требования, которые Александр Лукашенко должен выполнить до 25 октября. В противном случае начнется национальная забастовка, предупредила она.

«Режиму конец, победа за нами, но вряд ли мы можем говорить о краткосрочной перспективе, - размышляет в интервью LRT.lt Глеб. - Все будет зависеть от усилий людей, в том числе моих. Сейчас все усилия прилагаются для того, чтобы ускорить конец этого режима. Что касается Тихановской, то это очень хорошее заявление».

Он не берется предсказывать, как ультиматум подействует на власть, но «это очень хорошо, что она сделала».

«Мы видим, что Лукашенко в застенках СИЗО КГБ заявил о диалоге. По его словам, «Конституция на улицах не пишется», но ведь и диалог в тюрьме не ведется. Мы продолжаем видеть беспрецедентное насилие на улицах. Так что ультиматум очень кстати», - продолжает Г. Сандрас.

На вопрос о том, присоединятся ли к общенациональной забастовке его коллеги по «Беларуськалию», он выразил сомнение.

«К сожалению, мои коллеги из «Беларуськалия» живут в своем коконе – работа-дом-работа-дача- гараж-машина. Плюс поездки на отдых. И люди себя вообще не представляют в каком-то другом месте, на какой-то другой работе. Люди за долгие годы обросли всем этим, в том числе кредитами повязаны. И мне не совсем понятно, почему, например, для купаловцев этой политической составляющей было достаточно для того, чтобы уволиться из театра, а для «Белкалия» - нет. Возможно, им нужна экономическая причина, когда люди за копейки начнут работать, как это было в 90-е», - рассуждает шахтер.

В целом он считает, что забастовка – это один из самых действенных инструментов ненасильственного сопротивления.

«Если взять исторические сравнения, то можно вспомнить Францию 1968 года, когда там проходили студенческие протесты, стычки с полицией, а позже их поддержали рабочие, что переросло в общенациональную забастовку, в которой принимало участие 10 миллионов человек. В 80-е годы в Польше прошла забастовка профсоюза «Солидарность». Правда с того момента, когда Лех Валенса перелез через стену Гданьской судоверфи, и круглым столом с Ярузельским и новыми выборами прошло около 9 лет. Это был долгий процесс, погибли люди и Валенса отсидел в тюрьме. Так что мне сложно сказать, что будет после 26 октября, события развиваются очень стремительно. Но хочется верить, что что-то получится и люди поддержат, оптимизм не покидает», - заключает свой рассказ белорусский беженец.

Популярно