Новости

2020.08.07 08:20

Майкл Бом. Майдан в Минске?

Майкл Бом, "Эхо Москвы"2020.08.07 08:20

В связи с крупными протестами в Беларуси против Александра Лукашенко накануне президентских выборов, которые состоятся в воскресенье, неудивительно, что популярной среди российских медийных экспертов стала шаблонная версия о том, что, дескать, американцы снова пытаются устраивать «Майдан» в Беларуси – «точно также как они это сделали на Украине!»

Подобная аналогия совсем неуместна по той простой причине, что весьма негативные позиции президента Лукашенко по отношению к России вполне устраивают Белый дом. Нет никакой необходимости для Вашингтона «устроить Майдан» в Минске — даже, если бы это было гипотетически возможно в принципе.

На самом деле, ситуация в Беларуси противоположна Украине. Если Виктор Янукович был в целом пророссийским президентом, то упрямый и несговорчивый Лукашенко, наоборот, сугубо подозрительно и с большой опаской смотрит на Кремль.

Яркий тому пример — его новые, очень серьезные (хотя, правда, нелепые) обвинения в адрес России, что Кремль, дескать, пытается осуществлять всякие диверсионные — чуть ли не террористические — спецоперации в Беларуси руками «российских наемников Вагнера».

Тут можно легко запутаться в том, кто именно якобы устраивает Майдан в Беларуси. Лукашенко, например, обвиняет именно Россию (а не США), утверждая, что Кремль (а не Госдеп) пытается устраивать «Майдан» и «оранжевую революцию» в Беларуси при помощи российских наемников, которые, по версии белорусских властей, вошли в сговор с оппозиционными кандидатами на предстоящих выборах.

Обвинения Батьки, разумеется, абсурдны, но, тем не менее, наглядно показывают, насколько белорусский президент настроен против России. Именно поэтому, однако, многие в России снова видят в этой антироссийской провокации «американские торчащие уши», что совсем на это не похоже. В белорусском кейсе против России уж слишком много нестыковок и слишком уж по-дилетантски, через пень-колоду, всё было состряпано. Это наводит на мысль, что вся эта затея изначально была инициативой исключительно самого Лукашенко и его спецслужб. Уж больно они оба облажались.

Тем не менее, протестный «Майдан» вполне может произойти в случае, когда Лукашенко в понедельник объявит себя «победителем» на выборах, несмотря на то, что у него достаточно низкий рейтинг среди большинства белорусских избирателей.

Возмутившись вероятной фальсификацией бюллетенями, сторонники оппозиционных кандидатов — которые либо сейчас сидят в тюрьме под сомнительными предлогами, либо были вынуждены сбежать из страны — вполне могут выйти на улицы на следующей неделе. Точно также, как во время первого Майдана в 2004 году на Украине, протестующие могут требовать, чтобы были назначены новые, честные выборы с участием всех оппозиционных кандидатов.

Но вовсе не факт, что такой «Майдан» в интересах Белого дома. Это правда, что Лукашенко, разумеется, далеко не демократ, и, наверняка, он до сих пор соответствует известному клейму «последний диктатор в Европе». Но нынешний президент Беларуси, по мнению многих западных политиков, является удобной и достаточно надежной защитой от дальнейшей кремлевской экспансии и агрессии.

Правда, у ведущих белорусских оппозиционных кандидатов точно такие же опасения по отношению к Кремлю, если еще не сильнее. В этом смысле, если бы избиратели в Беларуси смогли бы выбрать оппозиционного кандидата в действительно честных президентских выборах, тогда это было бы двойным выигрышем. В таком случае выбрали бы более приличного и демократичного президента Беларуси, который также придерживался бы такой же жесткой позиции по отношению к Кремлю.

Как бы то ни было, Лукашенко, несмотря на все его антидемократичные «перегибы на местах», во многом соответствует интересам США. Чем он столь «привлекателен» в этом качестве?

Прежде всего, Батька является ярым оппонентом всех попыток Кремля навязывать Беларуси «русский мир» – особенно попыткам Москвы осуществить «аншлюс» Беларуси в виде «дружеско-братского объединения». То есть поглощения.

Лукашенко, разумеется, всегда был категорически против такого «объединения», поскольку это означало бы снижение его статуса до уровня хабаровского губернатора Михаила Дегтярёва. Александр Григорьевич всегда отстаивал независимость и суверенитет Беларуси во что бы то ни стало. Но, прежде всего, он, естественно, отстаивал желание сохранить свой статус президента страны — пусть и небольшой. (В этой связи, думаю, что Лукашенко согласился бы с выражением В.С. Черномырдина: «Лучше быть головой мухи, чем задницей слона».)

Опасения белорусского президента усилились в разы после аннексии-присоединения Крыма в 2014 году. Он опасался, прежде всего, что следующий кремлевский номер может быть исполнен именно в Беларуси под предлогом, что Кремлю также придется «защищать этнических русских» и в этой стране. В 2014 году Москва объяснила миру, что Россия была вынуждена защищать русских от «укрофашистов» в Крыму. А Лукашенко, наверняка, не исключает вариант, что у Кремля вдруг появится похожее желание защищать русских теперь в Беларуси — быть может, от каких-то надуманных там «белоруссофашистов»?

Затем, согласно крымскому сценарию, в Беларуси могут появиться «вежливые люди и зеленые человечки, защищающие русских от погромов ... право на самоопределение в полном соответствии с международным правом ... референдум о присоединении к братской России … волеизъявление белорусского народа ... исправление исторической несправедливости» … и так далее. И потом мы услышим вездесущие, восторженные, ура-патриотические крики по всей России: «БЕЛАРУСЬ НАША!» И рейтинг президента Путина снова подскочит до уровня выше 80%, и снова еще одна русская сказка станет былью.

Возможно, опасения Лукашенко выглядят преувеличенными, но он прекрасно понимает, что Беларусь — это лакомый кусок для Кремля. Её территория является важнейшим стратегическим «объектом», находящимся на границе с «вражескими» странами Балтии и Польшей, членами НАТО, где, при поглощении Беларуси Москвой, Путин сможет разместить столько военных баз, сколько захочет! Тем более, что Россия в 2007 году фактически вышла из Договора об обычных вооружённых силах в Европе (ДОВСЕ).

Плюс к этому, поглощенная Беларусь сможет теоретически помочь России реализовать свою вожделенную мечту присоединения Калининграда к уже материковой, по сути дела, России, благодаря возможному дополнительному «поглощению» 100-километрового Сувалкского коридора.

Можно предположить, что из-за этих же опасений, в том числе, президент Лукашенко рассматривает возможность проведения совместных военных учений с НАТО. (Кстати, Беларусь уже два года подряд проводит военные учения на двухсторонней основе с Великобританией). Это также объясняет, почему Александр Григорьевич сделал громкое заявление в своем интервью радиостанции «Эхо Москвы» в декабре прошлого года, что если Россия нарушит суверенитет Беларуси, то он вполне может обратиться к НАТО за помощью.

Да уж! Понятно, почему Александр Григорьевич смотрит на Кремль с такой опаской. Не на пустом месте Лукашенко до сих пор не признает «присоединения» Крыма к России, после которого он усиливал свои связи с Западом.

После аннексии Крыма в течение последних шести лет Лукашенко все больше и больше пытается дистанцироваться от Кремля. Это проявилось, в том числе, когда Батька отказался от российской «просьбы» — по сути дела требования — разместить российскую авиабазу в Беларуси. Его «дерзкий и наглый» вызов сильно задел Кремль.

А постоянное кремлевское давление, используя разные острые экономические и политические инструменты, на Лукашенко по поводу «объединения» Беларуси с Россией уж очень сильно отталкивает белорусского президента от России к Западу. О своем крайнем раздражении Кремлем, связанном с этим настойчивым давлением, он рассказывал, вовсе не стесняясь в выражениях, в различных СМИ в последнее время.

Очевидно, что Кремль хотел бы видеть во главе Беларуси сугубо податливого лидера, который будет безропотно соглашаться со всеми прихотями и амбициозными стратегическими планами Москвы. Одним словом — вассала. Но предельно волевой и строптивый Александр Григорьевич, разумеется, абсолютно не подходит для такой роли. Да, никто на сегодняшнем белорусском политическом ландшафте этой роли не подходит – пока, по крайней мере.

Из-за этого тупика появляются все эти шумные разногласия, свары, дрязги, громкие обвинения и другие интриги между Минском и Москвой.

Говорят, что «где брат, там и лад». Только за последние шесть лет уж очень мало ладного в «братских» отношениях с Беларусью. Как, впрочем, и в «братских» отношениях с Украиной.

Эхо Москвы

Популярно