Новости

2016.04.19 19:29

Забыть о "чуровщине" не удалось

Валентин Барышников, Радио Свобода2016.04.19 19:29

Сотрудники ФБК Алексея Навального снялись с выборов в Барвихе, заявив, что нравы ЦИК не меняются.

Голоса 14 человек нужны для регистрации кандидатом, трехсот – для победы. Муниципальные выборы в подмосковном поселке Барвиха стали боевым крещением нового руководителя Центральной избирательной комиссии России Эллы Памфиловой. Точнее, Фонд по борьбе с коррупцией Алексея Навального сделал эти выборы испытаниями для нее.

Сотрудники ФБК решили баллотироваться в Барвихе и обнаружили массу нарушений. После чего пожаловались Памфиловой. И остались недовольными ее реакцией. На следующий день Памфилова, однако, признала жалобы обоснованными. Тем не менее в Барвихе, как заявил Алексей Навальный, продолжается досрочное голосование, под видом которого, как полагают в ФБК, идет "вброс" голосов за лояльных действующей власти кандидатов. Баллотировавшиеся в Барвихе сотрудники ФБК объявили, что снимают свои кандидатуры.

Тем временем Иван Жданов, юрист ФБК и один из кандидатов в Барвихе, стал фигурантом уголовного дела: его, вскоре после выдвижения, заподозрили в уклонении от призыва в армию. Памфилова же на встрече с представителями ФБК сказала Жданову: "Вы должны быть готовы ко всему. Я прошла этот путь. Надеюсь, и вы успешно его пройдете. Ничего страшного, шишек набьете, а мы вам поможем, чтобы все было по закону".

Барвиха давно стала нарицательным местом, в ее окрестностях, в верховьях Москва-реки, расположены резиденции высших чиновников государства и особняки чрезвычайно состоятельных людей. Но еще это и поселок с обычными пятиэтажками. В интервью Радио Свобода Иван Жданов называет Барвиху "маленькой Россией" и объясняет замысел ФБК:

​​– Изначально была такая мысль: состав Центральной избирательной комиссии обновился, и в сентябре 2016 года в России будут принципиально важные выборы в Госдуму, в 2018 году – выборы президента, и очевидно, что обновление состава ЦИК было нужно для того, чтобы забыть о "чуровщине", то есть о фальсификациях, которые происходили в 2011 году на выборах в Госдуму (когда главой ЦИК был Владимир Чуров. –  прим. РС). Чтобы не ждать выборов в Госдуму, нам было достаточно понять на муниципальных выборах, за которые отвечает тоже ЦИК, –  исчезли ли фальсификации, будут ли выборы честными. В 2015 году в Новосибирске, в Магадане, в Калуге, где у демократической коалиции были хорошие шансы пройти в областные собрания, нас не пустили на выборы. И мы решили попробовать, пустят ли нас вообще по подписям, а всего-то нужно собрать 14 подписей, это не 11 тысяч, как в Новосибирске. Проверили –  на выборы нас пустили. Отлично! Мы подумали, что, значит, уже что-то изменилось, и можно участвовать в выборах, в Барвихе можно победить и успешно пройти в муниципальное собрание! И для этого мы начали работать по поселку, подали немыслимое количество жалоб, начиная от ям на дорогах и заканчивая проблемами ЖКХ.

​​Барвиха – это такая маленькая Россия, где на фоне роскоши, особняков за миллионы долларов стоит небольшой поселок, состоящий в основном из пятиэтажек, где те же проблемы – ржавая вода, грязные подъезды, ямы на дорогах... И все это с большим бюджетом, поскольку за счет высокого имущественного налога на дорогие коттеджи наполняется местный бюджет. Проводили кампанию, но уже во время агитации, досрочного голосования сталкиваемся с типичными нарушениями: превышение финансирования избирательной кампании, использование служебного положения, административного ресурса, подвоз избирателей. Эта технология достаточно отрабатывалась на прошлых выборах,  – досрочное голосование по дополнительным спискам из так называемых "резиновых" квартир. То есть людей из других регионов привозят, незадолго до выборов регистрируют в квартиры в массовом порядке, и они получают право голосовать на муниципальных выборах. На досрочном голосовании за три дня проголосовало примерно 180 человек, из таких "резиновых" квартир проголосовало где-то 150 человек. А для победы необходимо где-то 300 голосов, чтобы пройти в муниципальное собрание. То есть примерно половина голосов, которые нужны для победы, этими "резиновыми" квартирами обеспечена. И понятно, что они будут голосовать за "Единую Россию".

​​Вчера мы общались с Эллой Памфиловой, нам удалось привлечь внимание к этим муниципальным выборам. Но никаких результатов! Досрочники из "резиновых" квартир так же голосуют. Я думаю, Элла Памфилова просто ознаменовала начало своей работы председателем ЦИК своей фразой... Мы каждый год идем на выборы – и в 2013 году у нас возбудили дела против Ашуркова, Янкаускаса, которые якобы незаконно финансировали избирательную кампанию, и следствие до сих пор идет, до суда не доведено, дело завели и бросили. Аналогичная ситуация в 2015 год – после выборов в Новосибирске возбудили дело и против меня, и против Волкова – "микрофонное дело". Сейчас Главное следственное управление СК возбудило против меня под выборы дело об уклонении от службы в армии, возбудило за один день, до двух лет (лишения свободы. –  РC). Это смешно! И вот на встрече с Эллой Памфиловой я упомянул это уголовное дело, и она сказала: "Ну, вы же понимали, на что идете, когда пошли в политику". То есть это молчаливое согласие, что против кандидатов возбуждаются дела, –  мне кажется, это отлично знаменует приход Эллы Александровны на пост председателя ЦИК. И после этого есть осознание, что ничего не изменится, что все, что было при председателе ЦИК Чурове, останется и при председателе Элле Памфиловой.

– То есть изначально в Барвихе вы хотели просто протестировать новую избирательную комиссию?

– Мы не верили, что нас на выборы эти пустят. Мы считали вероятность процентов 70, что на выборы нас просто не пустят. Мы привыкли к тому, что нас на выборы не пускают.

– Есть ли какой-то отклик у людей, которых вы часто пытаетесь разоблачать в ФБК – они ведь как раз там могут жить?

​​– Уголовное дело – отклик этих людей. А что касается непосредственно агитации, то ребята из второго округа ходили по поселку, их встречали и в элитных домах... Мы ходили от двери к двери, обходили всех избирателей. В некоторых элитных домах приглашали на чай, говорили, что будут голосовать за нас. Была встреча у наших ребят из второго округа, в том числе, и с бывшим заместителем министра экономического развития... фамилию не вспомню. То есть такая категория жителей тоже обещает голосовать. А Шойгу, Песков – к их домам, конечно, невозможно подойти, они суперохраняемые, и туда никто не пускает.

– То есть просто богатые люди, не чиновники, обладатели элитного жилья в Барвихе, не испытывают к вам отвращения и неприязни.

– Абсолютно нет. Там же многие – бизнесмены, которые своим трудом заработали деньги, своей предпринимательской деятельностью. И эти люди нас зачастую поддерживают.

​​– А обитатели пятиэтажек, – за Путина в основном, или там царят оппозиционные взгляды?

– Нет, поселок Барвиха – это бывший санаторий "Барвиха", поселок как бы окружает резиденцию, где встречают иностранных представителей, и там много времени проводили Ельцин, Медведев, Путин. И с людьми там интересно достаточно общаться, они видели Брежнева, Косыгина, всю советскую элиту. И они Путина, в основном, не любят, потому что при Путине территория резиденции значительно увеличилась, начали вырубаться леса вокруг поселка, а это очень серьезная экологическая проблема для местных жителей. При Путине начали захватываться берега речки. Понятно, что он, может быть, это непосредственно и не контролирует, но местные жители связывают это с его президентством. При этом к Ельцину совершенно другое отношение – хорошее, это совершенно не типичная ситуация для всей России.

​​– Повторяя за Памфиловой, – вы же юрист, почему вы пошли в политику, понимая, чем закончится дело?

– Я думаю, все сотрудники Фонда борьбы с коррупцией осознают, что такой риск есть, юристы они, не юристы... ФБК постоянно готов к обыскам, допросам, возбуждениям новых уголовных дел, это чистейшее политическое давление. Я думаю, не важно, кем ты идешь – юристом или менеджером по работе с волонтерами в ФБК, у всех этот риск есть. Этот риск немного увеличивается с участием в выборах в качестве кандидата, но не сильно – на фоне нашей деятельности. Нас прокуратура сейчас проверяет, еще какие-то проверки запланированы Минюстом в ближайшее время. Но это все-таки юридическое дело, потому что, когда возникла идея тестирования ЦИК, никто лучше юристов по избирательному праву не сможет выявить все нарушения. Поэтому я, как глава юридического отдела ФБК, и пошел на выборы с этой целью – я могу видеть непосредственно все нарушения и весь избирательный процесс.

– Возвращаясь к Памфиловой, вы действительно думали, что ее приход в ЦИК может что-то изменить? Кстати, она обиделась, по-моему, очень на фотожабу, где она в чуровской форме...

​​– Да, это ее действительно задело. И более того, ее задела не столько форма, сколько во время встречи задевало любое ее сравнение с Чуровым, она очень нервно и очень лично на это реагировала. Она не хочет связывать себя с этим именем, и это чувствовалось на протяжении всей встречи. Что касается ожиданий, честно говоря, ожидать от Эллы Памфиловой чего-то нового было сложно, тем не менее, необходимо было это проверить, – будет ли Элла Александровна реально работать, и реально ли новый состав ЦИК обновлен для проведения честных выборов. Нам-то это было более-менее понятно, что Элла Памфилова, как уполномоченный по правам человека, поставлена туда, чтобы, скорее, придавать видимость, что выборы теперь могут быть честными. Но в России этому еще многие могут поверить, многие активисты, многие оппозиционеры могут поверить. Когда она была уполномоченным по правам человека, ее работа заключалась в том, что она встречалась с теми, против кого возбуждались политические дела, очень сопереживала на этих встречах, но после этих встреч не происходило ровным счетом ничего! То есть по политическим делам люди так же преследовались. То же самое происходит и в ЦИК: она вас слушает, говорит, что примет меры, но не происходит абсолютным счетом ничего! И чтобы наши сторонники и все избиратели не питали иллюзий, что что-то изменилось и появились честные выборы, – мне кажется, выборы в Барвихе очень показательны. ​​– Расскажите о своем деле – вы уклонялись от службы в армии?

– Я не уклонялся от службы в армии, я учился... У нас отсрочка от призыва предоставляется студентам, я был студентом, потом аспирантом, аспирантуру я не закончил. Призывная комиссия один раз могла меня призвать, то есть прислать мне повестку и вызвать в армию, но она почему-то не сделала этого. Честно скажу, желания большого служить у меня не было никогда, но я никогда не уклонялся. Если бы я получил повестку, то пошел бы в армию. 99 процентов всех уголовных дел против призывников возбуждаются, когда они получили повестку, расписались в этой повестке и не пришли в военкомат. Тогда уголовное дело возбуждается, и преследование обоснованное. Но это очень распространено в России – забывают о призывнике, забывают призвать. И тут вот решили дело возбудить.

​​– Учитывая, что на таком высоком уровне дело возбуждено, – не по каждому уклонению от призыва дело возбуждается на таком уровне, – как дело будет развиваться, по вашей оценке юриста?

– Я думаю, это вообще исключительный случай, когда дело возбуждено по уклонению от призыва на таком уровне. Более того, это вообще редкие дела, они возбуждаются в исключительных случаях, когда человек бегал раза два-три от армии, получал повестки. Поскольку дело политическое, тут и будет политическое решение.

Радио Свобода